В Тринадцатом IV мир переполнен тайнами и противоречиями. Вечернее сумраки и свечение магических факелов на улицах создают необычайную атмосферу, наполняющую каждый шаг звуки старой деревни. Здесь каждый знает цену хитростям, отступлению и дружбе, но больше всего — силе взаимопонимания....
— Я в вас верю. Да, звучит банально. Логика мне кричит, что нечего снова влезать в аристократическое болото. Но интуиция подсказывает, что так я смогу поучаствовать в чём-то большем. И я сейчас не о дворянских интригах говорю.
— Понимаю. И постараюсь вас не разочаровать. Не могу ничего обещать, но приложу все силы…
Зубастик на заднем сидении проснулся и начал жалобно пищать, прерывая мою речь.
— Он снова хочет выйти? — спросил Иван Фёдорович, понимая, что в таком случае Зубастик не успокоится, пока его не отпустят до ближайших кустов.
— Нет, — ответил я, чувствуя, какой сильный страх исходит от питомца.
Малёк задрожал. Вцепился в одеяло. Он передавал мне образы, но в них была сплошь темнота.
Я еле отгораживался от этого страха. Зубастик напрямую транслировал мне свои эмоции, заставляя сердце колотиться с бешеной скоростью.
— Жмите на газ, — нервно указал я куратору.
Он сразу понял меня, без лишних вопросов. Если до этого мы ехали со скоростью девяносто километров в час, то сейчас разогнались до ста пятидесяти.
Но как бы быстро мы ни мчались, Зубастик не успокаивался.
— Что случилось? — обернувшись к питомцу, спросил я.
На посылаемые образы регат не отвечал. Страх обуял его настолько, что он не решался показать. Или не мог… Лишь дрожал и пищал, как маленький ребёнок.
— Быстрее, — бросил я Ивану Фёдоровичу.
— Это максимум скорости, — ответил куратор, нервно вцепившись в руль.
Я посмотрел на спидометр — сто восемьдесят километров в час. И этого не хватало, чтобы убежать. Но от чего? Регаты так быстро не бегают. Это же не гепарды, а прямоходящие монстры с массивными задними лапами. По заверениям учёных, быстрее пятидесяти километров в час, они не бегают. Зато компенсируют этот недостаток природной хитростью.
— Зубастик, — снова позвал я.
Он не отвечал. Тогда я отстегнул ремень безопасности и пролез на заднее сидение.
Я плюхнулся на заднее сидение к дрожащему питомцу. Приобнял в попытке успокоить. Рука коснулась плотного чешуйчатого панциря. И произошёл контакт разумов.
