В центре Тринадцатого IX стоял непростой выбор — быть обвиняемым изменником или сбежать от безжалостного императора Романова. Несмотря на тщетные попытки избавиться от него, он все равно пригрозил силами и ума. Словно в подтверждение своей гневности — «Вы обвиняетесь в измене!» — слова, молотом швырнувшиеся в сердце главного заговорщика империи....
Я открыл чемодан, и лицо невольно растянулось в улыбке. Эта винтовка была идеальна! Почти как те, которыми я пользовался в своём прошлом мире.
— План таков: сегодня наблюдение за стройкой. Завтра засада. Мне туда идти нельзя, поэтому я полагаюсь на ваш опыт. Мне нужны будут фотографии местности, чтобы определить лучшее место для засады.
На этом мы разошлись. Винтовки снайперов остались вместе со мной в здании склада. Я бы не отказался и в дорогой отель отправиться, но там меня сразу узнают. А менять внешность на два дня слишком запарно, как и создавать новый, более мощный амулет, отводящий взгляды.
Это же столица, а не Омск или Новосибирск, где меня бы, даже если узнали, то никогда не поверили, что князь припёрся в такую глушь без охраны.
Поэтому я расположился в небольшой каморке охранника склада, которому дали три отгула. Видимо, его попросили временно забрать вещи, потому что на узкой кровати было новое постельное бельё. Да и в целом здесь было чисто, но ремонт… в тюрьмах и то лучше. Впрочем, мне было всё равно.
Вечером снайпера вернулись, и мы составили подробный план. Обсудили пути отхода. И… если нас вдруг поймают, то я обещал компенсации их семьям. Потому что в таком случае до завтра мы не доживём.
Но без покушений, даже если убить всех царей регатов, у Пожирателя душ хватит энергии ещё на сотни лет.
Ранним утром следующего дня мы со снайперами уже заняли свои позиции. Я лежал на крыше здания напротив стройки и смотрел в прицел.
Вот подъехал длинный лимузин в сопровождении бронированных машин охраны. Сперва вышли маги в чёрных костюмах, а затем один из них открыл дверь Вячеславу. Император выглядел так, словно не выспался и с радостью бы не приезжал сюда. Но толпа журналистов за ограждением уже ожидала его.
Меня раздражали вспышки фотокамер. Они мешали прицелиться… Слишком яркие по сравнению с теми, что использовали в моём прошлом мире.
Но вот Вячеслав Голицын в сопровождении охраны поднялся на деревянную сцену и подошёл к трибуне. По этим сооружениям было заметно, что их сделали специально для этого интервью.
Император наклонился к небольшому микрофону и начал говорить. Это был условный сигнал для всех нас!
Только Вячеслав открыл рот, я нажал на спусковой крючок. Выстрела почти не было слышно, но отдача сильно ударила по плечу.
Мы со снайперами выстрелили одновременно.
