В центре Тринадцатого IX стоял непростой выбор — быть обвиняемым изменником или сбежать от безжалостного императора Романова. Несмотря на тщетные попытки избавиться от него, он все равно пригрозил силами и ума. Словно в подтверждение своей гневности — «Вы обвиняетесь в измене!» — слова, молотом швырнувшиеся в сердце главного заговорщика империи....
А Макар, тем временем начал выступление своего призрачного театра.
Ох, хорошо, что мы сценарий сделали коротким. Иначе не знаю, сколько бы я продержался один на арене против тридцати опытных магов."
"Сперва я отбивался один. Выставил вокруг себя защиту по методу Серёги, теперь оставалось только обороняться.
Но недолго… Пока с трибуны ко мне не спустились друзья и союзники.
Купол трещал по швам. Ежеминутно сюда приходили новые маги. Стоило мне отбиться от одного, как ему на смену приходило двое. Но вскоре на нашу сторону встал даже магистр!
Представление призраков, где они рассказывали историю появления регатов, длилось не больше пяти минут.
Но вот тёмная сущность передала императору, которого играл Макар, золотую пластину, сотканную из чистой энергии. А затем появились регаты. Все присутствующие были в шоке. Не знали, верить этой легенде или нет. Но вскоре поверят… Не зря же я так упорно закладывал в людские голову мысль: «Долой бессмертного императора!».
Когда всё закончилось, я окинул взглядом журналистов. Среди них тоже были видящие маги. Двое на сотню. Но и этого хватит… чтобы изменить мир? Громко сказано, но так и есть.
По крайней мере, начало положено.
Я и мои друзья стояли на ногах, пока нападавшие лежали на полу без сознания. Мы победили не только за счёт числа присоединившихся кадетов, но и за счёт навыков, полученных в учебном лагере.
Вот чтобы избежать такого, император и не хотел устраивать лагерь снова.
Мы не хотели устраивать здесь резню. И в этом понимали друг друга без слов.
Император встал и начал спускаться ко мне. Медленно. Не переставая смотреть мне в глаза.
— Ваше императорское величество, решили наконец, попытать удачу и лично меня убить? — усмехнулся я.
— Эти смешки аукнутся не только тебе, Воронцов. Но и всей твоей семье, — оскалился император.
Хотелось ответить, что за регатов пострадает семья не одного императора. Но я не спешил раскрывать карты.
Пол под моими ногами задрожал. Значит, процесс пошёл. Ух!
— Уже нет. Твоё правление окончено, — сказал я.
— Думаешь, ты первый, кто пытается меня сместить?
Ох, а он походу от злости начал забываться. Эх, не хило же я его довёл! Ну, пускай. Пусть это слышат все.
— Нет. Но я буду первым, у кого это получится, — самонадеянно заявил я.
Хотя по факту говорил это только, чтобы разозлить Романова ещё сильнее.
Да, скоро сюда явится целая гвардия императора.
