Автор
Я очнулся среди захламленной тюрьмы, лужа крови и запах гниения — не мог поверить в реальность. Боль колотила меня по телу, но я поднялся, даже не понимая, как. Меня окутывала атмосфера безысходности и предательства, словно все вокруг пронизано злобой и недоверием.
— Там… вообще ничего не понятно.
Призрак понятливо кивнул и не стал настаивать.
С этими размышлениями я и пошёл на тренировку.
— Как успехи с ощущением источника? — сразу спросил у меня мастер.
— Хорошо, — ответил я и плюхнулся на скамейку.
Сегодня в зале мы были одни. Групповые тренировки у мастера закончились, и он выделил для меня время после.
— Вы выглядите обеспокоенным, — заметил Пётр Александрович.
— Устал после медитации.
— Так, — заинтересовался он и присел рядом. — Что произошло во время медитации?
— Сперва в груди было обычное тепло.
— Сильно?
Я не стал говорить, что мне к груди словно оплавленную кочергу подставили, после чего нахлынули воспоминания. А ответил просто, как бы это сделал обычный подросток, кем я должен был быть:
— Сильно. До сих пор болью отдаёт.
— Первые разы такое случается. Потом вы научитесь контролировать выходящую ману. Источник у вас слишком большой, чтобы это было так просто."
"— Тогда давайте учиться. Я хочу к новому году уже первое заклинание разучить, — во мне проснулся прежний энтузиазм.
— Не будете халтурить, даже два разучим.
Я кивнул. Чего-чего, а упорства во мне было хоть отбавляй.
Тренировка прошла спокойно. Сегодня помимо тепла в груди я учился чувствовать магические каналы. По такому же принципу.
Тепло линиями разливалось по телу. И вся сложность заключалась в том, чтобы почувствовать всю систему одновременно. Широкие каналы были горячее, а в тонких тепло еле улавливалось.
Через два часа стараний я был утомлён, но доволен.
После тренировки я поднялся по лестнице в свою комнату. Письменные задания по общим дисциплинам никто не отменял, и я намеревался ими заняться.
Но до комнаты не дошел.
На одном из пролётов возле окна сидел Виталий и прикрывал ладонью глаз. Форма у парня была помятой, словно он только что подрался.
— Надеюсь, ты как следует его отмудохал? — спросил я и присел на подоконник рядом с другом.
— Если бы, — выдохнул он. — Этого ублюдка еще никто в училище не смог победить. Долбанный аристократ.
— Откуда такая ненависть к дворянам?
Я давно хотел спросить, но как-то случая не представлялось.
— У нашей семьи много денег. Очень много, — просто ответил он и натянул на лицо улыбку. — Но сколько бы раз мы не подавали на титул, нам отказывали.
