В глубоких подземельях, где свет отражается тысячью каменных стен, стрелы проникают словно сквозь густой пар. Костя и Диана держатся за руки, когда один из них падает. Ты энергично работаешь над куполом, уплотняя его силой волшебства. Если разорвется защита — все мы конец. Стрелы оставляют след как будто бы в воздухе, а не в камне. И ты не можешь позволить себе расслабиться, ведь стены могут проникнуть даже через усиленное тело....
Но стоило открыть нужную комнату, как я увидел невероятной красоты обнажённую женщину. Она была очень похожа на людей из моего мира, если не считать красной кожи.
— Вы что себе позволяете! Вон отсюда! — прокричала она.
Но мы прошли в комнату, и я закрыл за нами дверь.
— Маш, сними иллюзию, — попросил я.
Ветер на миг окутал меня, и я снова стал собой.
— Правитель, — женщина раскрыла рот в удивлении и упала на колени. — Я буду служить вам. Но вы сейчас же должны убираться из дворца.
— Почему?
Не успела она ответить, как двери покоев с треском распахнулись.
Глава 12
В комнату ворвался отряд стражников с магическими копьями. Но я действовал быстро. Они и оружия на нас наставить не успели. Я оградил стражников полукруглой стеной света, схватил женщину-пророка на руки, а она и не сопротивлялась, и велел Гарну открывать портал.
И через пару мгновений мы уже прыгали обратно в наш мир. Булочка прошла последней, и красный проход закрылся за ней.
Белый гепард тут же стал видимым и пристроился на кожаном диване.
— Прикройся, Мара, — сказал краснокожей женщине Гарн, только мы оказались в комнате Маши.
Иллюзия спала и с графини.
— Сейчас что-нибудь придумаю, — сказала Маша.
Она подошла к шкафу и достала оттуда лёгкое белое платье и кружевное нижнее бельё.
— Держи, должно подойти по размеру, — протянула она наряд краснокожей женщине.
— Спасибо, — ответила она на иномирском языке. — Ух ты, насколько же приятная ткань.
"— Шёлк, — пожала плечами Маша, не понимая удивления Мары.
— Гарн, обучи нашу гостью русскому языку, — попросил я.
— Один момент, — ответил он и взял Мару за руку, и в самом деле, ему хватило всего одного мгновенья. — Как же ты не предвидела, что мы придём? — спросил он у неё уже на русском.
— Я же не могу заглядывать в каждую минуту времени, — ответила Мара, натягивая белые трусы, совершенно не стесняясь посторонних.
Маша помогла ей застегнуть платье на молнию сзади, и краснокожая девушка повертелась перед зеркалом.
— А как далеко можешь заглядывать? — спросил я у неё.
— Так далеко, как мне укажут, — ответила она и развернулась, мило улыбаясь мне.
— Мара, ты опять за своё? — осуждающе спросил Гарн.
— Ой, это ты снова за своё. Хочешь, чтобы я закрылась в комнате и сидела там, пока благоверный сам меня не найдёт? А как же он меня отыщет, если не видит всего этого? — она повертелась перед магом, на что тот только осуждающе покачал головой.
