От далекой стены медленно двигалась масса народа. Тащили невидимыми отсюда канатами что-то огромное, железное, размером с полянский дом. Канатов сотни, а людей – многие тысячи, волокут с хриплыми воплями, надсаживаются, стонут, вздувая жилы, но Мрак всюду видел сияющие глаза. Вокруг железного исполина копошился люд, подсовывали бревна, выталкивали старые, измочаленные чудовищным весом.
Невры бежали навстречу, наконец Олег вскрикнул на бегу:
– Походный котел царя Ариана!
Мрак бросил недоверчиво:
– Олег, ты не перегрелся на этом дурном солнце?
– Сам видишь, что котел. Точнее, Котел! Я читал о нем в старых книгах. Однажды царь Ариан возжелал узнать, сколько у него воинов. Войско прошло перед ним, каждый воин бросил к ногам царя наконечник от стрелы… Потом из этой горы железа отлили котел для пира.
– Неужто правда?
– Да. Этот Котел вмещает шестьсот больших амфор масла.
– А что в нем варят? Похлебку из коней? Там утопнет табун, как стая мышей.
– Мрак… Раньше варили кашу. Простую кашу в простое старое время. Потом киммеры стали могущественнее, обряды усложнились…
Мрак хмуро кивнул:
– Понятно. Раз льют масло вместо воды, то варят людей… Арею?
– Табити.
– Бабе?
– Она владеет вечным огнем. Арею закалывают на помосте, чтобы кровь стекала по Мечу. А в Котле – только для Табити. А вот если Папаю…
Не дав договорить, его отшвырнули к стене, освобождая дорогу для волочильщиков. Мимо невров двигались измученные люди, толстые канаты врезались в их плечи, ноги глухо били в камни и твердую землю. На невров пахнуло давно не мытыми телами, соленым потом. Канаты дрожали в воздухе, натянутые, как струны гигантских луков, – грязные, мокрые от пота, захватанные тысячами сальных рук.
Котел полз вровень с уцелевшими крышами домов – чудовищно тяжелый, массивный, с толстыми стенками. С треском лопались бревна под днищем, щепки вылетали как стрелы, у многих на лицах и руках темнела запекшаяся кровь. В тяжелом воздухе висели вопли, брань. Полуголые люди, сбивая друг друга, суетились перед надвигающимся чудищем, совали под днище круглые бревна. Один, чересчур усердный, не успел выдернуть руку, бревно крутнулось, и человека затащило под железную громаду Котла. С треском лопнул череп, как надутый пузырь, звучно хлопнула грудь, кровь плеснула на железную стенку, ярко-красные брызги повисли на лицах тех, кто суетился с катышами.
– Хорошо пойдет, – вскрикнул один радостно. – Мокро!
– Удачу сулит, – согласился еще один."
"Вокруг хохотали, хлопали друг друга по плечам. Кто-то, раздувая щеки и выпучив глаза, кричал во весь голос, что священный Котел сам поймал себе жертву. Опять хохотали, приседали в восторге, хлопали себя по забрызганным кровью коленям.
– Что у них за боги? – прошептал Таргитай.