Он не просто убьет, он выместит всю злобу. У нас никогда не мучили женщин.
Мрак скривился:
– Ты прав. Лучше прибить ее самим.
Олег махнул Лиске. Она вихрем сорвалась с места. Мрак даже не заметил, когда перемахнула ограду. Правда, он держал глазами горло мага, где из продольного надреза все еще сползали темные капли: стрела должна попасть точно в кровавую полоску.
Маг воздел руки, забормотал. Олег тут же вскрикнул:
– Громче!.. Мрак, начнет шептать – сразу убей!
Маг заговорил громче, стараясь ради спасения живота произносить слова отчетливо. Распухшие, почерневшие губы едва двигались. Упал на колени, но руки воздевал, вскрикивал, пока среди камней не раздался сухой треск. Мрак прищурился, пустынника уследить трудно – между камней побежали огненные змейки, заблистали оранжевые шипящие струйки. Пахнуло жаром.
– Зажарит! – крикнул Таргитай. По лбу бежали крупные грязные капли, рот распахнул, как большая рыба на берегу. – Сделай что-нибудь!
Лиска больно ткнула дудошника в бок. Мрак все еще держал стрелу нацеленной в мага. Наконечник, почти касаясь ограды, накалился и светился красным. Древко стрелы начало дымиться.
Верблюды беспокойно двигались, конь пытался перепрыгнуть ограду, толкнул Мрака. За оградой маг тут же понизил голос, а треск перешел в грохот. Камни вспыхнули невыносимо ярко, воздух уплотнился, как кисель. Мрак успел увидеть злорадный оскал пустынного мага. Жар опалил кожу, на голове затрещали волосы. Задрал руки, пытаясь ухватить секиру, но с ужасом лапнул пустоту. С криком, которого не услышал даже сам, метнул руку к поясу, где висел нож, пальцы прошли через то место, где должен быть широкий черный пояс из странного металла…
Затем земля разверзлась, он рухнул в огненную пустоту.
Растопыренные пальцы уперлись в холодное, мокрое. В рот попала липкая грязь. Он торопливо вскинул голову, вокруг унылая степь, ветер пронизывает до костей. Низкое серое небо прямо над головой, тяжелые тучи ползут, едва не цепляя испуганных верблюдов за горбы.
Сеется холодный дождик. Во все стороны тянется глинистая, раскисшая, покрытая красноватой грязью земля. Трава торчит редкими кустиками.
В трех шагах из лужи медленно вздымались двое в волчьих шкурах и рыжая женщина. Облепленные грязью, потрясенно смотрели на низкое свинцовое небо. Воздух холодный, промозглый. Дождь охладил раскаленную кожу, обожженные легкие жадно хватали влажный воздух.
Над головами раздался страшный хриплый крик. Тяжело взмахивая намокшими крыльями, проплыли в небе огромные странные птицы – черные, когтистые. На людей и коня посматривали оценивающе, одна приотстала, снизилась, сделала круг над головами.
– Кто это? – спросила Лиска дрожащим голоском.