С недоверием оглянулся на столы, на кухню, затем с сомнением посмотрел на пришельцев.
– Хочу положить под ножку стола, – объяснил Мрак. – Хромой от старости. Слушай, что за воробья принес – кожа да кости!
Хозяин подумал, замедленно почесал в затылке, признался тягуче:
– Перья моя жена забрала на подушку.
Разноголосый шум и гам возобновился. К чужакам присмотрелись, забыли. В сухом горячем воздухе даже Лиска перестала трястись и цокать зубами. Таргитай разомлел, крепкие зубы без устали перемалывали жилы и кости. На голодное брюхо пошли бы, казалось, даже перья, но, как выяснилось, домовитая хозяйка их уже прибрала. Олег больше налегал на зелень. Пару листочков обнюхал и спрятал в мешочек.
Хозяин появился, когда допивали кислый квас, буркнул:
– С вас гривна.
Мрак удивился, развел руками:
– Ты продаешь нам всю корчму?.. Нет, нам надо ехать. Вот тебе полтина, это втрое больше, чем стоит обед, но мы нынче добрые.
Таргитай ахнул, обиженно захлопал глазами:
– Гривну?.. За одного гуся?
– И хлеб, – буркнул хозяин. – Гусь – за полкуны, а хлеб – за три четверти гривны.
Таргитай не понял:
– А пошто хлеб такой дорогой?
– Мука подорожала, – нехотя объяснил хозяин.
– Так то мука. А я спрашиваю, пошто хлеб дорогой?
Олег молчал, ему было ясно по лицам присутствующих. Рознь и резня, поля горят, отряды разбойников не знают отпора, земледельцам вырастить хлеб труднее, чем охотнику забить стаю гусей. Чудно, что вообще удается вырастить хлеб. Много сил дано человеку, дабы вынес все тяжкие испытания, какие не снесут ни травы, ни звери, ни даже боги.
Хозяин набычился, лицо начало медленно багроветь. Пальцы поползли по жирному боку, где за поясом торчал большой мясницкий нож.
– Этого мало…
– Зато от чистого сердца, – заверил Мрак. – Кроме того, позволь тебя обнять, дорогой друг!
Хозяин раскрыл рот, спросил туго:
– Все-таки… понравилось?
– Нет, на прощанье. Просто ноги моей здесь больше не будет.
Мощные руки Мрака облапили остолбеневшего корчмаря, громко захрустело. Мрак осторожно опустил толстяка на лавку, тот из багрового стал синим, затем начал медленно бледнеть.
– Пошли, ребята.
Трое уныло поплелись к дверям. На крыльце пронизывающий ветер бросил в лицо мелкие капли дождя, сразу выстудил. Таргитай задержался на верхней ступеньке, сказал жалобно:
– Мрак, здесь есть где ночевать!
– Надо идти, – ответил Мрак хладнокровно. – Мы узнали, что за народ здесь, в Гиперборее. Ежели это Гиперборея. Люд такой же, как и мы. Не степняки, не киммеры, не пустяки… не пустырники…
Олег уже сбежал вниз, отвязывал верблюда.
– Пустырник – это лечебная трава!
– Люди – тоже трава, – огрызнулся Мрак. – Не лечебная.
– То-то боги ее выпалывают!
Лиска, к удивлению невров, держала за повод коня, то ли купила, то ли украла.