В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Первая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Небо было лиловое, страшное. Темно-синие тучи неслись стремительно, словно скачущее стадо, ветер дул пронизывающий. Мрак разыскал свой мешок и вытащил из него шкуру. Голые плечи сделали вид, что им все равно, но Мрак чувствовал, с какой готовностью спрятались под толстым мехом. Старею, подумал хмуро. В самом деле, пора. Мужчина не должен умирать в постели.
Он старался не поднимать голову. В разрывы туч иногда проглядывало черное солнце мертвых, кожа сразу мертвела под его лучами. Он горбился, кутался в шкуру, высматривал убежище.
Впереди показались бредущие навстречу люди. В сумерках подземного мира рассмотреть не удавалось даже его волчьими глазами, заметил только, что двигаются замедленно, словно всю зиму пролежали в сугробе, но в каждом движении – угроза, смерть.
Еще можно бы схорониться, – успел бы, но те две вороны, что пойдут следом, напорются уж точно. Да и по-мужски ли хорониться, ежели смерть так близка?
Он сбавил шаг, поправил перевязь. Тучи чуть раздвинулись, страшные лиловые отблески заиграли на металле. Трое были в металлических шапках, пятеро при мечах. Еще семеро опирались на копья, дротики, дубинки. Все в тряпье, кое-кто шел босым, но из-под двоих чиркали искры: сапоги подкованы, как у коней.
Мрак взял в руки секиру:
– Здравствуйте, добрые люди!
Передние замедлили шаг, а другие стали обходить Мрака с боков. Мрак не стал оглядываться, о простор не обопрешься, сам шагнул вперед. Волчьи зубы блеснули.
– Не хотите здороваться? Ничо, переживу.
Один шагнул сбоку и взмахнул длинным кривым мечом. Мрак без труда уклонился, а лезвие секиры развалило жителя подземного мира пополам. Был хруст и треск, Мрака передернуло от вида бледного обескровленного мяса. Застывшие лица других не дрогнули, глаза смотрели невидяще, но надвигались на него. У кого не было даже дубин, поднимали камни.
Мрак пошел вперед. Секира замелькала, словно молния, он двигался, как разъяренный кот среди больных мышей. Он опережал их в каждом движении, а когда начали сдавливать с боков, выскользнул в проход, оставив еще троих рассеченных почти до поясов.
Грудь тяжело вздымалась, уже разогрелся. Можно бы уйти, мертвые они или не мертвые, но двигаются куда медленнее. Но куда уйти? Назад через стену Тумана к Дуплу?
– Подходи, ребята, – сказал он сипло. – Здесь стою, здесь останусь.
Лезвие с хрустом рассекало плоть, кости, но крови не было. Убитые падали, застывали, кое-кто пытался ползти, но тоже застывал. В полдень все раны заживают, вспомнил он слова Олега. И все снова садятся пировать… Или это не здесь, а в вирии? Уже не спросить Олега, уже не увидеть Тарха…
Пот начал заливать глаза. Пар валил, как из раскрытых дверей бани. Шкура давно потерялась под ногами, душегрейка расстегнулась.
