– Четырнадцать? Нет, это сегодня четырнадцатый… а прошло, значит, только тринадцать. Ты пришел рано, мы так не договаривались."
"Однако усталым жестом указал Мраку на плоский камень, сам тяжело опустился на валун напротив. Выглядел он хреново, если не сказать больше. Одежда вся драная, словно собаки висели, уцепившись зубами, морда тронута солнцем, но шея и грудь белые, как у женщины. Глаза все время моргают.
– Мне оставалось совсем немного, – сказал он поникшим голосом. – Уже две трети карты сделал… Как время летит… И как тебе на троне?
Мрак подумал, вспомнил все события за последние две недели, признался откровенно:
– Чуть не заснул!.. Сонное тцарство, а не страна. Ничего не происходит, везде тишь да гладь. Зато отоспался, отъелся… Еще бы неделька, и рожа как у тебя бы – тьфу-тьфу! – стала…
Тцар посмотрел несколько странно.
– Тогда это то, что ты искал, верно? Отсидеться в тепле, отъесться, отоспаться.
За спиной презрительно фыркнуло. Мрак оглянулся. Конь тряс роскошной гривой. Среди серых скал он выглядел как громкий победный крик. «Ну что за дурак этот тцар, – мелькнула уязвленная мысль. – Я ж на таком коне приехал! Даже бабы не могут оторвать от него взгляда. А уж мужчины так и вовсе пожирали глазами, а потом у каждого в глазах возникала такая мечтательность, что вот уже он сам на таком коне… Дурень, как есть дурень, такое не заметить!»
– Отъелся, – согласился Мрак. – У меня морда уже пошире твоей!.. Одна была только беда, да и то вначале… пауков ел.
Тцар отводил глаза, разводил руками. Проговорил скороговоркой:
– Я торопился, старался закончить карту побыстрее, чтобы успеть…
Он запнулся. Мрак, предчувствуя недоброе, спросил зло:
– Что?
– Как вдруг увидел свет…
– Что за свет? – спросил Мрак подозрительно.
Тцар вздохнул, расправил спину. Лицо посветлело, в глазах появился блеск, словно внутри заблестело солнце.
– Два дня тому… о, я никогда не забуду этот благословенный день!.. гроза загнала в мою пещеру святого человека… Всего часок он сушил одежду у моего костра, потом ливень прошел, святой человек отбыл, однако его слова мудрости, брошенные вскользь, мимоходом… перевернули весь мой мир! Все мое сознание, вывернули душу, испепелили мозг!.. И вот теперь, только теперь начинаю понимать, как жить правильно… Неужели ты будешь настолько жесток, что заставишь меня вернуться всего лишь к тцарскому трону, когда я узрел, пусть издали, Трон Высшей Мудрости?
Мрак пожал плечами.
– Ни хрена не понял, – признался он хладнокровно. – Что за Трон Высшей Мудрости, ради которого надо отрекаться от короны, от радостей мира?.. Не кажется ли тебе, что ты отрекаешься от… чересчур многого?
Тцар взглянул на него искоса, помялся, ответил кротко и очень уклончиво:
– Я знаю людей, чье отречение больше моего.