Я отрекся всего лишь от обычного мира, а они… отрекаются от вечных ценностей.
Мрак понял только, что заноза направлена в него, но со своей толстой кожей даже не ощутил, тупо поинтересовался:
– Но там ты – тцар! А кто здесь?
– Я хочу стать больше чем тцаром, – ответил тцар умоляюще, – понимаешь?
Мрак приложил большой палец к виску и помахал остальными:
– У тебя как с головой, в порядке? Что может быть больше, чем тцар?.. А, ты хочешь стать императором?
Тцар в беспомощности развел руками:
– Нет, не понимаешь… Всякий, кто нашел истину, уже выше, чем все императоры мира… Нет, даже всякий, кто вышел на дорогу искать истину, – уже выше!
Мрак посмотрел на него подозрительно:
– Вышел? Так ты ж сидишь, как жаба в болоте!
Тцар сказал торопливо:
– Ты не заметил, что ты сам изменился?.. Не заметил?.. Да у тебя даже взгляд другой и держишься иначе! А сколько прошло? Две недели?.. Ты не думал, что изменишься, я не думал, что изменюсь… Я ж хотел только составить карту неба в тиши… а тут этот ливень… И вот слова, брошенные, как я уже говорил, мимоходь, перевернули весь мой мир, поменяли небо и твердь, а звезды обрушили на землю!
Мрак пощупал себя. Что он изменился, чувствовал, но никто не любит, когда другие замечают раньше, чем в своих изменениях разберешься сам. Да и не верится, что можно измениться так быстро. За годы – да, но чтоб за недели…
– Изменило, – сказал тцар торопливо. – Тебя подняло из рубящего топором до человека с державой в руке… а меня из всего лишь человека с державой в руке – до искателя истины!
Мрак с безнадежности махнул рукой. Такому чокнутому бесполезно сообщать, что на бывшем Мертвом Поле сейчас спешно возводятся дома, для новых поселенцев он выделил чуть ли не треть всей казны, уже возникла проблема: где взять для них сто тысяч молодых девок для обустройства семей, еще новая задачка – для прокорма новых драконов надо спешно увеличивать стада коров…"
"Внезапно подумал, что тцаром за Кузей легче присматривать, можно будет размахнуться на кое-какие реформы, а то подгнило здание государственности, напомнить Громланду, что выгоднее жить в дружбе, испытать наконец амулет, а то заржавеет… да заглянуть за таинственную дверь в подземелье, на праздник к эльфам попасть, раз уж пообещал, и вообще – раз уж у него такое снаряжение: конь-огонь, амулет, – то как-то странно все время сидеть во дворе и подставлять жирную спину… ну, которая скоро станет жирной, всяким массажистам да хихикающим девкам, а в таинственной Славии еще не побывал, хотя с его конем – раз плюнуть, надо бы посмотреть, что там за Вантит, а то одни слухи…
– Лады, – сказал он. – Посижу еще. Только ты, того, как только найдешь эту самую истину – сразу ко мне, понял? Поделишься.