Лихорадочного румянца на щеках тоже не было видно. Пока нас допрашивали и проверяли целители, парня успели раздеть, вымыть, обработать заживляющей мазью многочисленные царапины. Запах от нее в палатке стоял такой, что я непроизвольно поморщилась. Но безошибочно различила присутствие в ней знакомых травок и несколько успокоилась за судьбу нашего мага.
Несмотря на то что он по-прежнему находился без сознания, его левая рука была туго перебинтована, а на правой ноге, помимо свежей повязки, обнаружились еще и магические лубки. Поверх которых – видимо, для верности – было наложено дополнительное фиксирующее заклинание.
– Так-так-так, – вдруг раздалось за нашими спинами, и мы с Ланкой, как ужаленные, обернулись. – Кажется, у нас тут обнаружились нарушители?
– Эрта Далия, – нервно улыбнулась ведьмачка, завидев, кто именно так некстати решил навестить тяжелого пациента. – Ик… А что это вы тут делаете?
Я же мысленно отвесила себе затрещину и посетовала, что так надолго отвлеклась на Ника, напрочь позабыв проконтролировать «прозрение» и упустив из виду возвращение целительницы. Ее аура – вот она, яркая, сочная, активно мерцает на карте всего в нескольких шагах от нас. А я, ворона, этого не заметила.
– Еще раз здравствуйте, эрта, – все еще досадуя на такой промах, поприветствовала я ее. – Мы не нарушители. Нам просто очень нужно было его увидеть.
– Не доверяете нам? – мягко поинтересовалась лучшая столичная целительница, заходя внутрь.
– Просто беспокоимся. И очень хотим ему помочь.
– Ему не нужна ваша помощь, – отмахнулась эрта Далия, подойдя к столу и кинув на Ника мимолетный взгляд. – Самое важное вы уже сделали – дотащили его живым. Теперь же просто дайте спокойно поработать нашим заклинаниям, и через недельку-другую он снова побежит.
– То есть он полностью восстановится? – недоверчиво переспросила Ланка.
Эрта добродушно хмыкнула:
– Куда он денется? Яд мы уже вывели. Кости срастутся сами. Дар он тоже сохранил, поэтому не вижу особого повода для беспокойства. Кстати, девушки, вам бы тоже следовало отдохнуть. И желательно выспаться. Сколько, говорите, вы пробыли под землей?
Мы с подругой одновременно насупились.
Этот разговор у нас уже был. Прямо там, возле выхода из лабиринта, где нас с пристрастием допросил откровенно встревоженный куратор.
По его подсчетам получалось, что отсутствовали мы чуть более часа.
