В дрогнувшем ухе зазвучало недавнее слово, заставив прерваться память. Кровь ринулась к лицу, и я отчаянно попыталась разобраться в напористых словах брата, до боли знакомого голосе. Этот родовой закон требовал долга, но моему сердцу он казался необъяснимым трагизмом. Оказавшись в центре скрытой войнушки между кланами, я пыталась найти свой курс, не теряя сознания даже тогда, когда мир вокруг стал невероятно холодным и полным опасности....
– Только не слишком медли, не стоит заставлять ждать наших дорогих друзей.
Это было произнесено столь двусмысленно, что я невольно похолодела, но потом вспомнила, что верам ничего не грозит, и успокоилась.
– Да, Ваше Величество, мы обсудим дату с моим супругом, – и я наградила Айренира убийственным взглядом.
Мой новоявленный муж сидел как статуя, но я уже строила планы мести, отводя ему в них главную роль.
Раз уж я не могу потребовать ответа немедленно, то ничто помешает мне вытрясти из него правду после всех этих церемоний.
***
Аудиенция веров была окончена. Они снова склонили головы перед Даггертом, теперь уже прощаясь, и неторопливо покинули зал. А к королю потянулся поток придворных со своими прошениями и хлопотами.
Почти три часа я сидела на неудобном пуфике, выслушивая дрязги мелкопоместных дворян, жалобы на высокие налоги, просьбы о заключении браков и прочее.
Обычно в Заррагбане подобные случаи разбирал местный совет, а затем уже кронпринц, но всегда находилась такая проблема, решить которую мог только сам король.
Это был высокий худощавый дроу в темно-коричневом бархатном камзоле. Я видела его впервые, но что-то показалось в нем знакомым. Так что я невольно подалась вперед, внимательно разглядывая его.
Ножны от шпаги говорили о дворянском происхождении, но, судя по геральдическим рунам, вышитым вдоль груди, дворянство это было не слишком знатным и никаких особых привилегий не давало. Вообще, все оружие полагалось оставлять на входе в зал, ведь к королю не позволялось приближаться с оружием, пусть даже и в ножнах.
Что касается геральдических рун, то они заменяли гербы, которые здесь были в ходу лишь у королевской семьи и армии. По гербу на плаще можно было определить должность и чин военного, его заслуги и место в строю. Такие гербы носили все, начиная с сотника и включая Его Величество, ведь высший военный чин это – ясное дело – король.
