В дрогнувшем ухе зазвучало недавнее слово, заставив прерваться память. Кровь ринулась к лицу, и я отчаянно попыталась разобраться в напористых словах брата, до боли знакомого голосе. Этот родовой закон требовал долга, но моему сердцу он казался необъяснимым трагизмом. Оказавшись в центре скрытой войнушки между кланами, я пыталась найти свой курс, не теряя сознания даже тогда, когда мир вокруг стал невероятно холодным и полным опасности....
– Вот и все, не стоило так трястись, – с напускным весельем произнес король, возвращаясь на свое место. – А теперь будь хорошей девочкой и открой дверь. Наверняка твой муж переживает. Пора нам обсудить подробности вашей семейной жизни и будущего паломничества.
***
Дальнейшее было похоже на фарс.
Я едва успела отпрыгнуть от двери, как в кабинет ворвался Айренир. В его глазах клокотала ярость, грудь вздымалась, точно от быстрого бега, а плотно сжатые кулаки говорили о гневе. Охватив мою фигуру цепким взглядом, он бесцеремонно схватил меня за руку и процедил сквозь плотно сжатые зубы:
– Так вот как ты заботишься о моем благополучии!"
"– Не сейчас, – Даггерт поднял руку, делая предупреждающий жест, но принц не обратил на него ни малейшего внимания.
– Отец! Как ты мог?! – прошипел он, глядя в глаза королю.
– Ничего, ты мне еще спасибо скажешь, – проворчал тот, а потом повернулся ко мне и голосом, полным сладкой патоки, произнес:
– Иди к себе, девочка.
– Нет, – Айренир вцепился мне в плечи и прижал к своей груди, – моя жена останется здесь. Это и ее касается!
– Глупец! – беззлобно бросил ему Даггерт, затем откинулся на спинку кресла и с видимой досадой добавил: – Сам же потом благодарить меня будешь.
– За что? Разве я просил тебя вмешиваться?
– Не будь дураком! Я понимаю, что девчонка прекрасна, как сарвейская роза. Эх, мне б пятьсот лет сбросить – я и сам бы не удержался, приударил за ней! Но она манипулирует тобой, а ты, простофиля, ничего не замечаешь.
Я покраснела от стыда, вспомнив утреннюю сцену, и почувствовала, как горячий палец принца начал успокаивающее поглаживать меня по затылку.
– Вот только не надо меня учить, что делать с собственной женой! – проворчал Айренир, зарываясь носом мне в макушку.
– Ты верно заметил, мой мальчик – собственной! Она твоя собственность, если ты забыл об этом. Я не прошу от тебя ничего сверхъестественного, но мне бы очень хотелось, чтобы ты в ближайшее время осчастливил меня наследником.
