Автор
Новая работа — вы куда? Охранник суровым окриком останавливает Алину Морозову. Растерянная и немного нервная девушка вытаскивает из сумки паспорт, но охранник лишь гневнее смотрит, словно предполагая, что она попытается украсть футболку хоккеиста. Алина представляет себя: "Здравствуйте, я Алина Морозова". В этот момент мужской голос из-за охранника приветствует девушку, и атмосфера становится еще более напряженной и загадочной....
И едва я открываю рот, чтобы попросить своего пациента перевернуться на спину, как без всякого предупреждения распахивается дверь кабинета, и за ней вырастает Багров. Почему-то злющий как черт.
Что ему такого сказал Дмитрий Петрович?
– Привет, – я извиняюще улыбаюсь ему. – Влад, прости, я тут занята немного, мы можем потом поговорить? Или у тебя что-то срочное?
– Ты… – он тяжело дышит и смотрит на меня яростным взглядом. – Ты… Я тебя везде ищу, звоню, а ты тут… Что ты тут, блядь, делаешь?!
Улыбка сползает с моего лица.
– Закрой дверь, пожалуйста, – холодно говорю я. – Я работаю.
– Уже нет, – отрезает Влад и проходит в кабинет. – Макс сейчас свалит.
– Макс останется, – жестко говорю я, решительно опуская ладошку на плечо третьего номера, который, судя по его лицу, уже сильно жалеет, что не дождался своей очереди у других массажистов.
– Макс… – с явно различимой угрозой тянет Влад, подходя еще ближе к нам.
– Даже не думай, – я еще крепче сжимаю пальцы на его огромном плече.
– А я сказал: закончили! – неожиданно рявкает Влад и со всей силы пинает стоящий у стены стул. Так сильно, что он с грохотом отлетает к окну.
Мне кажется, мы с Максом вздрагиваем синхронно. Только я испуганно замираю, а он моментально соскакивает с кушетки.
– Я лучше пойду, – поспешно выпаливает он, переводя растерянный взгляд то на меня, то на Багрова. – Влад, я ниче такого… Правда! Не злись.
Макс хватает свою одежду, неловко улыбается напоследок нам обоим и убегает прямо так – в трусах и с прижатыми к груди штанами и футболкой.
Глядя ему в спину, я думаю, что это ужасно похоже на то, как показывают во всяких фильмах сбегающего из дома любовника жены, когда к ним спальню врывается муж с ружьем.
Вот только от этого сравнения мне не делается весело. Совсем наоборот.
Я молча прохожу к порогу, с силой захлопываю дверь, которую Макс оставил открытой, а потом скрещиваю руки на груди, разворачиваюсь к Владу – хмурому, напряженному – и ледяным тоном спрашиваю:
– Это что сейчас было?
Тишина.
– Это что было, я спрашиваю?! Тебя головой сегодня об борт ударили или что?
– Если я еще раз увижу, как ты трогаешь кого-то из парней, – равнодушно говорит Влад, но глаза его при этом горят нехорошим огнем, – я разобью ему лицо.
