По обнаженному бревну векового дуба я шла по узкому ущелью. Впереди ледяными водами белела горная река, пропасть под ней казалась бездонной драконовой пастью с острыми зубьями из скал. Дрожа от страха при взгляде на гигантский深渊，我缓缓停下脚步，抬头望向那令人窒息的景象。
— Да, — легко согласился он, — потому что я слышал твой крик с утра и, знаешь, мне много стоило не ворваться сюда. Вместо этого я обернулся и полетел за Валенсо. Он отличный лекарь. У него большой опыт в лечении травм и ранений. И магия его сильна. Я доставил его сюда и привел к тебе, чтобы облегчить боль. Так что ты рычишь на меня как подранок?
Я открыла было рот и поняла, что сказать-то мне нечего. Он проявил заботу так, как мог. И обвинять его в этом никоим образом нельзя. Но все же.
Поджав губы, судорожно подбирала слова.
— Да, нам стоило постучаться, признаю, — он улыбнулся вроде и тепло, но в глазах продолжал пылать этот неистовый огонек. — Просто позволь лекарю осмотреть тебя, Алисия. Не вредничай.
— Но вы выйдете, правда? — уточнила я в надежде, что он все осознаёт и признаёт, что ситуация крайне неприличная.
— Нет, — он довольно нагло усмехнулся. — Я останусь здесь.
Вот так да.
Тяжело вздохнув, я мысленно досчитала до пяти, чтобы не начать кричать на него.
Он меня не слышал!
Не желал признавать мое право решать за себя!
Он сам решил и на этом все.
"— Генерал Орм, я не хочу, чтобы вы таращились на моё увечье. Это зрелище не про вас. Разве так сложно это понять? Или вы полагаете, что мне будет приятно выставить себя напоказ? Сестра, лекарь и более никого. Вы мне не муж и даже не жених, чтобы я показывала вам свое изуродованное тело. И встаньте с моей постели, мужчина вообще не должен на ней сидеть, тем более когда в ней женщина!
Нет, он не поднялся. Более того, склонив голову набок, усмехнулся.
— Генерал Орм...
— Калле! — рявкнул он зло в ответ. — Ты не желаешь слышать моих просьб, почему же думаешь, что я буду выполнять твои? И еще, ты ошибаешься, говоря, что я тебе никто. Да, еще не муж, но ты моя. И я буду присутствовать при осмотре. Смирись с этим.
— Нет!
— Алисия, а запрети мне. Давай, девочка, попробуй прогнать, — он все же поднялся на ноги, но от постели не отошел.
Уперев руки в бока, он возвышался надо мной скалой и, кажется, был настроен решительно.
— Я не хочу, чтобы вы видели мои ноги, — я сжала ладони в кулаки, сминая одеяло. — Что вам непонятно, генерал? Уйдите!
Приподняв бровь, он вдруг ухватил край одеяла и резко рванул на себя.
Растерявшись, я разжала руки и вдруг поняла, что сижу перед ним в одной короткой сорочке, едва прикрывающей бедра.
А он… Просто стоял и смотрел на моё колено, на покрасневшую кожу, на рубцы...
