По обнаженному бревну векового дуба я шла по узкому ущелью. Впереди ледяными водами белела горная река, пропасть под ней казалась бездонной драконовой пастью с острыми зубьями из скал. Дрожа от страха при взгляде на гигантский深渊，我缓缓停下脚步，抬头望向那令人窒息的景象。
— Я не пьянею никогда. Неужели тебе невесело? Не хочется расслабиться, потанцевать, поесть вкусно. Пошутить посмеяться хватит изгаляться над бедным мясом, съешь его уже, и все.
Я взглянула на толпу, отплясывающую у костра. Такие беззаботные, веселые.
— Тискать не будете? — наивно уточнила, решив, что все же здесь много лучше, чем в комнате.
— Конечно... буду! Только этим всю жизнь и намерен заниматься.
Выпустив меня, Орм опустился на поваленные бревна и тут же снова притянул к себе, устраивая меж своих ног.
— Алисия, давай, я подержу твое мясо, а ты прикроешь лиф платья этой тряпкой. Так не испачкаешься и спокойно поешь. Хочу, чтобы ты была сытая.
— Спасибо, — я благодарно улыбнулась и, сделав, как он сказал, принялась терзать жирные теплые кусочки свинины дальше, наблюдая за праздником драконов.
Орм молчал, уткнувшись носом в мои волосы. Я поймала себя на мысли, что нахожусь в его огромных руках, и это меня ничуть не смущает.
Тепло, безопасно, надежно.
Хотелось прикрыть глаза и наслаждаться этими ощущениями вечность.
Доев последний кусочек, отложила шампур и вяло попыталась отстраниться.
— Что такое, Алисия? — насторожился Калле.
— Думаю, мне пора в комнату, — я зевнула, не в силах побороть сонливость. — Люди понемногу расходятся. Да и небо светлеет.
— Ты устала. — Его губы тронула нежная улыбка.
— Нет, — встрепенувшись попыталась отстраниться. — Это будет ну совсем уже неприлично: люди увидят. Я сама вернусь в свои покои, если позволите, генерал..."
"— Не позволю! — резко рявкнул он. — Алисия, больше всего меня раздражает твое подчеркнуто отстраненное обращение. Я уже ненавижу это ""генерал"". Что мешает тебе быть проще, милая?
— По имени я буду называть только своего мужа, — его тон слегка задел.
— Вот и начинай прямо сейчас, у меня есть имя и не одно.
— Зачем? — я развела руками. — Поднимусь одна и никаких потом разговоров...
— Затем, моя наивная девочка, что замок полон выпивших мужчин, и одна ты никуда не пойдешь. Только со мной, — он произнес это, вроде и мягко, но так, что я поняла — последнее слово за ним и слушать меня никто не станет.
