По обнаженному бревну векового дуба я шла по узкому ущелью. Впереди ледяными водами белела горная река, пропасть под ней казалась бездонной драконовой пастью с острыми зубьями из скал. Дрожа от страха при взгляде на гигантский深渊，我缓缓停下脚步，抬头望向那令人窒息的景象。
Прости, но телом торговать я ещё не готова.
— Ну хоть до этого не дошло.
Вздохнув, я снова взглянула на приближающихся драконов.
Тоска сжала сердце, впиваясь в него когтями.
Отвернувшись, я заспешила в комнату.
— Всё ещё вспоминаешь его... — прилетело мне в спину. — Своего Фроди.
— Он не мой, — проворчала в ответ.
— Значит, вспоминаешь...
— И не забывала. Можно подумать, я не понимаю, кого ты там встретить мечтаешь, — не осталась я в долгу.
Молчание... Хм... Все я знала.
Сына кузнеца. На его фоне любой кривым покажется.
Открыв шкаф, я вытащила единственное приличное домашнее платье.
Что же. Каждый знал, что приход захватчиков — дело времени. Мой брат хоть и обладал мерзким характером отца, но как военачальник и в подметки ему не годился.
Прав был Фроди, называя его хиляком. Таковым он и являлся.
После смерти отца Критес показал свой нрав во всей красе.
Мало того, что глуп и жаден, так ещё и трус, каких поискать.
Он всегда бил исподтишка и утверждался за счет слабых.
Глава 2
Пока одевалась, все обдумывала слова сестры.
Замуж?!
Облизнув губы, приподняла подол платья и тут же стиснула зубы.
Пролежав много лет прикованной к постели, я научилась смотреть на мир с открытыми глазами. Не приукрашивая его и не обеляя.
Замуж!
Чтобы мужчина согласился на такое, он должен действительно любить. Любить без оглядки и слепо. Деформированное колено вдавлено внутрь. Даже визуально было видно в каком месте кость искривлена. Бордовая кожа прямо говорила, что идёт воспаление. Шрамы от разрывов мышц.
Такие же были и на второй ноге, но хоть не в таком количестве.
Я отдёрнула подол.
Выйти замуж и видеть, как мужа брезгливо передёргивает. Как он отводит взор от моего увечья. Или смотрит с жалостью.
Я ненавидела этот взгляд.
Нет! Этого я не желала. Да и ради чего мужчине идти на такие жертвы? За мной даже приданного не было.
А я... В моем сердце было лишь одно имя...
— Алисия, ты готова?
Тяжело вздохнув, хромая, вышла к сестре.
Спустившись в большой зал, мы по многолетней привычке прошли к окну и присели на потёртые от времени кресла.
Замок медленно умирал. И винить в этом было некого. Разве только самих себя.
Во внутреннем дворе наблюдалось оживление. Не одни мы увидели приближение врага. Народ сбегался с деревень под стены замка, надеясь, то ли найти здесь укрытие, то ли разведать новости первыми.
Только вот защищать их уже давно некому, а вестей мы и сами не знали.
