Автор
Анна проникалась нестерпимым жаром и пустыми горлышками водой для напитков. Песок колол ее кожу и заполнял каждое дыхание — в воздухе, в пище, даже между глаз. Время оставило на лице Анны лишь желтоватую сухость от солнца и незаживающую розовую рану — место, где когда-то было здоровое белое лицо....
Сам Рынк виду не подает на мое отношение, по-прежнему, вежлив и дружелюбен, даже забыла, что недавно его пугалась. Смотрела на молодого орка и понимала, что ни грамочки тех эмоций не ощущаю, что одолевают меня в присутствии генерала. Стоит Ирргху появиться рядом, как он заполняет собой все пространство. Рынк другой, хоть иногда все же и замечаю его заинтересованные взгляды."
"– Соскучился, маленький? Прости, я гуляла, – в охапку с котенком отправилась на кровать. Завтра обязательно доберусь до новой литературы.
Но сделать это снова не получилось. Как только наутро я появилась в доме, Гуня взяла меня в оборот.
– Анна, милая, сегодня Вейны день, мы должны посвятить его женским делам, уборке и приготовлением блюд на завтра, пора печь пытеньи.
Оказалось, что Вейным днем называли канун Праздника Урожая. Считалось, что богине надо показать какие орчанки труженицы и как в этом году заслужили ее благословении.
Гуня так была увлечена и вдохновлена праздником, что ее настроение передалось и мне.
Она все рассказывала, особенно мне нравились истории ее молодости. На некоторое время мне показалось, что я снова дома, заглянула в гости к бабушке по папиной линии. Я забыла и про зеленый цвет кожи и про мое положение, просто наслаждалась моментом, впервые в этом мире.
Я заливно засмеялась на одну из шуток старой орчанки, когда на кухню зашла Арья.
– Поможешь нам, Арьюшка, – поприветствовала ее Гуня, но орчанка недовольно посмотрела на меня.
– Ты же знаешь как я отношусь к этому? – отказалась.
– В такой день можно.
– Зачем это притворство? Вряд ли Вейне придется по вкусу мое лицемерие.
– Испечешь пытенью для Ирргха, – не унималась Гуня, а я молчала, желая, чтобы она удалилась и занималась своими неженскими делами.
– У тебя они выйдут гораздо вкуснее. Да и смотрю у тебя уже есть ученица.
– Да, у Анны хорошо получается, – похвалила меня повариха, а Арья испепелила взглядом.
– Хотя рабыне совершенно ни к чему это умение, – усмехнулась, задевая.
Оценила укол в мою сторону.
– Да, мы же только хорошо ноги умеем раздвигать, – не сдержалась, зло ответила, – Хочешь и тебя научу, раз завидуешь?
– Что ты сказала? – сагрессировала Арья.
– Арья, ее вины нет в том, что она рабыня. Ты не права, – заступилась за меня Гуня.
Орчанка фыркнула и ушла, не стала развивать конфликт.
– Прости, Гуня, не хотела портить тебе настроение.
– Ничего ты не испортила. Испортишь, если пытенью сделаешь невкусную.
