В руках Роннара таинственный кубок игристого вина не мог скрыть жарущую мечту о губах прекрасной Рэйны, которая теперь станет его Трофеем императора. Его дыхание становится быстрее и чаще с каждым блюдом на столе, пока он наконец не выпьет последний кубок и впервые открывает двери своего подсознания....
Не той магии, которой пользовались эсмаи. Не той, что подвластна кельфи. Дарги принесли ее с собой из другого мира. Она наполняет их жилы и позволяет обращаться в драконов. Она дает им силы и долголетие. Она помогает им выживать. И никто, кроме них, не может ее использовать.
Роннар был одним из сильнейших драконов. Его кровь могла возвращать с того света. Но вернет ли она альхайру, которая не желает быть с ним?
Он завороженно смотрел, как медленно стекают блестящие капли. Одна… вторая… десятая… Рана на его глазах зарастала.
Сморгнул, прогоняя наваждение, и еще раз полоснул себя по руке, увеличивая уже затянувшийся разрез. А потом, схватив руку девушки, сделал с ней то же самое и соединил окровавленные запястья.
Кровь Валенсии, горячая и красная, смешалась с его холодной и серебристой.
Удерживая голову девушки свободной рукой, с голодным стоном прижался к ее губам. Вопреки ожиданию, эти губы оказались мягкими, теплыми и податливыми, такими же, как в тот первый раз. Они будто только и ждали его поцелуя все это время.
И в голове сами собой возникли слова, записанные на подкорке сознания. Те, что невозможно запомнить и невозможно забыть, что возникают сами собой тогда, когда нужно.
«Рах эммех аммерахль ди альхаир», - мысленно выдохнул он. b8d823
А в ответ что-то треснуло. Будто ледяная корка или стекло.
Роннар почувствовал, как в голову ударила кровь. Дыхание участилось. Он скрипнул зубами, пытаясь взять эмоции под контроль, но это было почти невозможно.
Слишком долго он ждал… Слишком долго.
Кровь била сильными, размеренными толчками. Он чувствовал, как она выходит из него с каждым ударом сердца. Он готов был отдать ее всю. Это была очень скромная плата за еще один шанс.
Но вот он почувствовал, как губы его альхайры дрогнули и мягко раскрылись. О да, он мог бы поклясться, что Валенсия ответила на поцелуй! Или ему так хотелось на это надеяться…
С трудом оторвавшись от губ девушки, он с надеждой заглянул ей в лицо.
И застыл, потерявшись в синих глазах.
Она больше не спала. Она смотрела прямо ему в глаза. Холодно и безразлично.
Глава 40
Этот взгляд стегнул по Роннару будто хлыст. Только боль была не физической, а душевной.
Разжав руки, он отпустил девушку и отступил.
Валенсия, как ни в чем не бывало, расправила смятую одежду и села. А потом спокойно взглянула на Роннара.
Теперь, когда она смотрела на него с бесстрастным достоинством, он почувствовал, как внутри все холодеет.
