В руках Роннара таинственный кубок игристого вина не мог скрыть жарущую мечту о губах прекрасной Рэйны, которая теперь станет его Трофеем императора. Его дыхание становится быстрее и чаще с каждым блюдом на столе, пока он наконец не выпьет последний кубок и впервые открывает двери своего подсознания....
Я должен либо уступить трон новому претенденту, либо жениться. Но я выторговал себе одну привилегию. Потребовал, чтобы мне предоставили всех принцесс. И выбрал тебя!
Ошеломленная его натиском, Ленси могла только хлопать ресницами и беззвучно открывать рот, будто выброшенная на берег рыба. Но в этот момент она с убийственной ясностью поняла одну истину.
Перед ней настоящий зверь. Хищник.
Как те инкарды, которые лишь с виду кажутся диковинными лошадками, а на самом деле плотоядные ящеры, и в любую секунду из транспорта могут превратиться в убийц.
Так и он, император драконов. Холодный, расчетливый и жестокий. Ему не знакомо чувство любви, но он не хуже нее знает о долге. Их брак – не союз двух сердец, а союз двух государств, и ему, по большому счету, жена была не нужна.
Он сделал им всем одолжение. Ее отцу, ее стране, своим кланам. Выбрал ее, руководствуясь каким-то своим тайным умыслом. Но если кто-то посмеет встать у него на пути – сметет в тот же момент, растопчет как насекомое и пойдет дальше, ни разу не оглянувшись.
Ей стало больно и страшно от холода, что сквозил в его взгляде. Физически больно. Не выдержав, она тихо всхлипнула.
Он ее отпустил.
Разжал пальцы, которые все это время железными клещами стискивали ее плечи.
Ленси невольно потерла места его хватки. На нежной коже остались следы его пальцев, они отдавали тупой, ноющей болью.
Роннар проследил за ее движением. На плечах девушки наливались темные синяки. Он на секунду прикрыл глаза, пряча мелькнувшее в них замешательство.
Еще до того, как старшая принцесса Этрурии произнесла свою обличающую речь, надеясь поразить всех гостей, он знал, что с его альхайрой что-то не так. В ней чувствовалась примесь нечеловеческой крови. Слишком уж хрупкой она была, слишком прозрачной. Такой тонкой и бледной кожи не может быть у уроженки Этрурии. Не может быть таких светлых волос. Таких светлых глаз. Все ее сестры смуглые, темноволосые и темноглазые, поцелованные южным солнцем.
И вот теперь все разъяснилось.
Надо же. Кровь Первородных!
Он хмыкнул про себя. Но тут же вновь помрачнел.
С девчонкой нужно быть осторожным. Если в ней действительно пробудилась Древняя кровь, она не просто альхайра, ставшая его половинкой. Она не просто человеческая девственница."
"В ней таится особый Дар, который однажды либо убьет ее, либо сделает равной ему.
***
Сестры помогли Лидии подняться на ноги. Но она лишь раздраженно отмахнулась от их участия.
