В холодном подземелье, где воздух казался ароматом гниения, Мила и Артур переглядывались с неуместным спокойствием. Неприкрытые тела заставляли дышать тихим скрежетом, но в глубине камеры царил шёпот приговора: "Ты не работаешь в агентстве". Мила боролась с паникой, глаза её стекленели от страха, и сердце тонуло в тишине....
Кто первый начнет, детки? Ты, Марк? Или ты, Милослава? А, может быть, я? А, Марк?
Племянничек занервничал сильнее. Потому что резко выставил руки кверху и затараторил:
- Мила, пожалуйста, посмотри на меня! Мила! Это мой косяк! Вернее… Мой план! И если ты мне врежешь за него по яйцам, я не буду против.
Слова парня дошли до девушки, и та выпрямилась, отводя руки от лица. Нахмурилась и повернула голову в сторону Марка.
- Ты о чем говоришь?
- Черт! Черт! Черт… Глеб, давай сначала с тобой, а? Выйдем на пять минут.
- С тобой мы непременно поговорим. Но потом… жених. Сейчас я хочу понять, почему Милослава Лебедева, твоя невеста, оказалась в постели… некого Артура, который, я так понимаю, должен был ждать Милу здесь? Но вышла нестыковка, и вместо Артура здесь оказался я. Странно дело, ведь так, Марк?
Он сделал акцент на последнем предложении.
Марк отлично понял его: шумно сглотнул, закашлялся, сделал вид, что подавился.
- Я забыла телефон дома… - негромко сообщила Мила уже Марку, явно ещё не соединив воедино пазлы и не замечая очевидного.
Её взгляд, полный надежды, обращенный на щенка…
Её голос, немного испуганный, ошалелый, вскрывающий его вены без ножа…
Глеб не выдержал и рыкнул, стараясь особо не повышать голос, хотя единственным его желанием становилось выбить дурь из племяша."
"- Кто-такой-Артур? Спрашиваю в последний раз!
Мила вздрогнула и быстро ответила:
- Молодой человек, с которым договорился Марк…
- Договорился о чем? – Глеб даже подался вперед, не замечая, как учащается сердцебиение.
Детки выросли и решили поиграть в собственные игры? Похоже на то. Только знали ли они о последствиях?
Один точно знал.
Милослава дотронулась кончиками пальцев до рюкзака.
- Здесь деньги…
- Деньги? Оооочень интересно. И большая сумма? – продолжал иронизировать Глеб.
Мила ничего не замечала, зато Марк устало провел рукой по лицу.
Правильно, племяш, пора начинать и тебе нервничать.
Основательно так.
- Сто тысяч евро и двадцать пять тысяч долларов.
- Ого. Довольно-таки серьезная. Дайте-ка подумать… Вы её приготовили, чтобы… Стоп… Серьезно? – брови Алашеева поползли вверх.
Сначала Милослава побледнела, потом покраснела.
- Да. Мне надо было лишиться девственности, потому что Тойский… потому то вы…
Она не договорила, метнув в него гневный взгляд.
А это что-то новенькое.
Глебу нравились её эмоции. Они чистые и красивые, как родниковая вода.
