Автор
Трубадур дышит огненной энергетикой: руженные плечи, белая голова и манящие сумки на длинных руках. Фигура его стремительная — легче воздуха, он парит над свинцовым асфальтом, покрытым яркими кроссовками. Воздух полон ветра и кленовых листьев, но не ускользает от острого внимания — здесь прорезаются черты времени, металл и древность....
- Здрасте, тетя Лена, - Яков начал говорить до того, как остальные сообразили с ответом. – Яша Больцман, помните?
- Что-то… что-то не припоминаю… - по глазам было видно, что она и помнит, и думает.
- Ну Яша же! Яша Больцман! Мы с вашей дочерью в одном классе учились. Вы еще в десятом классе на дне рождения Туры меня около туалета за писю трогали! – тоном заправского ябедника вещал Больцман. – Знаете, я после этого стал бояться взрослых теть. И столько денег угрохал на психоаналитиков, что ужас просто!"
"Елена фыркнула.
*
Звонок господина Иваницкого застал Степана сразу после тренировки – возобновил по разрешению врача. Степка наскоро вытер волосы полотенцем и провел еще влажным пальцем по экрану смартфона.
- Степан Аркадьевич, мой клиент снимает все претензии.
Степе потребовалось некоторое время для осмысления услышанного.
- Все? – переспросил автоматически.
- Все. И он надеется, что и вы тоже снимаете все… претензии.
Угукнул безразлично. И очень захотелось вдруг высказаться по полной программе. О девушке, пережившей – он был уверен – очень страшные моменты. И о подлости человеческой. И об алчности. Но вместо этого сказал спокойно:
- Тогда прощайте.
- Всего наилучшего, Степан Аркадьевич.
Опустошение в душе чудно гармонировало с телесной усталостью.
*
Они еще раз встречались втроем – уже в ресторане. Отмечали. Пили любимый Яшин портвейн и кушали паэлью с морепродуктами. Тура и Яша устроили вечер воспоминаний, а Степка пил пуэр и слушал. И никак не мог уложить в голове, что это произошло с ним на самом деле. Теперь, когда все почти закончилось.
*
- Кирилл, ты не можешь так со мной поступить! Ты что, бросаешь меня?!
- Елена Павловна, у меня новый интересный проект и совершенно нет времени.
- Какая Елена Павловна?! Я же твоя Елена Прекрасная, твоя милая девочка, твой нежный цветок!
- Прошу не звонить мне больше.
*
Питер расцветился рождественскими базарами, елками и праздничной иллюминацией. А Степу ждал другой сырой и прохладный приморский город. Внук, сын и брат обещал на Новый год приехать домой.
