Когда я слышу фразу "Кабы я была царицей", думаю о мрачных тенях дворца и необъятной любви к власти. Это не просто сказка, это приключенческий роман о триумфе обычной девушки-попаданке среди столь высоких рангов. С каждым новым откровением об эпохе, я таял в предвкушении дальнейших приключений и интриг....
Из артиллериста стал оружейником, начальником комиссии по приемке. Ко мне благоволил, не только из-за моих технических инноваций, но и потому, что после знакомства я записала-зарисовала параметры его культи и прислала годный протез.
Беседовали за чаем в его кабинете. Лизонька осталась по соседству — читать учебники, а заодно постучать к нам, если появится более высокое начальство и услышит хотя бы обрывок разговора. Впрочем, Петр Львович пояснил, почему это маловероятно.
— Евстафий Евстафьевич в командировке, а Иван Иваныч приболели, — улыбнулся он, и я поняла, что это русифицированные имена-отчества начальства. — Наши новые диковинки я показал. А вы с чем пожаловали?
Я достала револьвер — один из тех, которыми мы недавно удивляли Бенкендорфа. Как и ожидала, оружейника особенно заинтересовала не барабанная конструкция, а патроны. Я всегда носила с запасом, показала.
— Колпачок для воспламенения пороха, по-нашему поршень, французы назвали бы пистоном, — задумчиво сказал оружейник.
Лизонька переместилась с книгами и тетрадью за начальственный стол, а мы отправилась в кузнечный цех, точнее на его задворки. Самое подходящее место для испытания карманных огнестрелов.
Петр Львович успешно справился с незнакомой моделью, отправив шесть пуль в заиндевелые бревна. Попросил еще патроны, перезарядил, еще шесть раз громыхнул.
— Хорошая штука, — сказал он. — Из всех многозарядных решений — самое лучшее. Для коммерческих потребностей пока не выпускаете?
— Не планирую. Хотела спросить у вас как у лучшего из знакомых мне оружейников: что скажете?
Собеседник задал мне несколько дельных вопросов, в том числе о себестоимости капсюля. Подвел итог:"
"— Этот пистолет — штука хорошая, но в России будет интересен лишь офицерам на Кавказе и в других местах, где война — вроде питерского дождя.
Направились обратно. Петр Львович остановился у входа в здание.
— Покурю здесь, чтобы не вредить ребенку дымами.
