Когда я слышу фразу "Кабы я была царицей", думаю о мрачных тенях дворца и необъятной любви к власти. Это не просто сказка, это приключенческий роман о триумфе обычной девушки-попаданке среди столь высоких рангов. С каждым новым откровением об эпохе, я таял в предвкушении дальнейших приключений и интриг....
Посему подземные ходы, вырытые при строительстве Арсенала и соединенные с остальным кремлевским подземельем, не пострадали. Поспешим… А ты куда?
Я остановился, взглянул на отца.
— С тобой.
А взгляд сообщил все остальное. И то, что папенька обещал мне показать свою работу, и то, что я подсказал место обитания преступников. И то, что я не хочу оставаться один, когда происходит самое важное событие нашей поездки.
Отец думал секунду.
— Поезжай. Слушайся с первого слова, сам никуда не лезь.
Я радостно пообещал и помчался по лестнице вслед за отцом.
"Не прошло и получаса, как мы были в Кремле — там, где родились Вы, Ваше Императорское Высочество, во дворце, построенном Вашей бабушкой, Екатериной Великой. Этот величественный замок Древней России содержит множество самых разнообразных строений и чудес. Однако в эту холодную лунную ночь мы искали преступную шайку.
Отцу пришлось немного поспорить с комендантом и показать предписание от генерал-губернатора. Лишь после этого мы смогли направиться к Арсеналу — огромному зданию, построенному при Петре Великом, много раз перестроенному позже и взорванному Наполеоном.
Из всех строений, уничтоженных узурпатором и назначенных к воссозданию, только здание Арсенала избегло восстановительных работ. Теперь настал и его черед. Здание было в лесах — временных галереях из досок, для удобства рабочих.
В нашей экспедиции участвовал пристав Филимонов и несколько нижних чинов, лично знакомых отцу. По недавнему неудачному опыту папенька пришел к выводу, что небольшой отряд, понимающий свои обязанности, надежней большого.
Ночью в Кремле было темно, и еще темней — в самом здании Арсенала. Одни залы были целы, другие уставлены лесами, как и внешние стены. Сторож указал два входа в подвалы, но оба были завалены камнями, и разбор только начался.
— Есть еще один, снаружи, он досками забран, — добавил служитель. — Только если внизу злодеи прячутся и начать их ломать — могут услышать.
— А как думаешь, голубчик, — тихо и властно спросил отец, — прячутся там или нет?
— Может, и так, — неуверенно ответил сторож. — Давеча (tantôt) ночью я дымок печной учуял. Думал, кто из работников не затушил днем, ан нет, не по пословице — дым без огня. Да и угольков не сыскал.
