Кто-то из ее помощников торопливо проверил программу, открыл нужные файлы, и начальственная дама из управления начала читать громким, хорошо поставленным голосом формальные вопросы: имя, статус, откуда прибыл… О цели поездки Элан ответил: «туризм» (я фыркнула), а вот на вопросе о времени своего обращения споткнулся.
– Очень давно, – наконец сформулировал он.
– Как давно, ваше высочество? – вежливо уточнила дама из управления, сосредоточенно стуча одним пальцем по клавишам. – Хотя бы приблизительно. Девятнадцатый век, восемнадцатый?
– Гораздо раньше, – сдержанно произнес вампир.
– Пятнадцатый? Может, раннее Средневековье?
«Да ответь ты что угодно! – подумала я. – Кто и, главное, как проверять-то будет?!»
– Древний Египет, Среднее царство, – ответил Элан, – правление Сенусерта III.
– Очень хорошо, значит, Среднее царство, – кивнула госпожа Кравчик и покосилась на свою помощницу. – А в… датах это когда будет?
– Тысяча восемьсот семьдесят второй – тысяча восемьсот пятьдесят третий год до нашей эры, – не постеснялась я щегольнуть эрудицией, заскучав.
Элан отвесил в мою сторону полупоклон, а я пожала плечами. Ну а что? Это же Золотой век Среднего царства, а я девушка образованная, почему бы и не знать?
Ресницы госпожи Кравчик задрожали, и она поспешно склонилась над клавиатурой, а по залу прокатился продолжительный вздох, временами переходящий в придушенный писк: известие о солидном возрасте вампирского принца общественность впечатлило.
Справившись с волнением, начальник управления продолжила допрос, пардон, опрос, который оказался гораздо шире, чем стандартный: должно быть, специально для Истинного постарались. А мой внутренний голос в это время строил различные предположения о возможных окончаниях данной процедуры: крайне сомнительно, что принц позволит вживить себе регистрационный чип, как делали это с легализованными и подконтрольными обычными вампирами (устройство было адаптировано к телу вампира, и у моих парней при обратном обращении попросту растворилось). Также маловероятно, что Элан дал согласие на ношение специального неснимаего браслета, который закреплялся на левом запястье вампиров рангом повыше (как у старейшины Амруса, например). Тут, правда, мы с внутренним голосом припомнили обрывок фразы, брошенной в телефонном разговоре Березиным: «Окольцуем принца», – и недоуменно друг на друга покосились. Нет, совершенно нереально, чтобы истинный вампир позволил себя окольцевать, или, в нашем конкретном случае, обраслетить.
