В окрестностях Будапешта в 1945 году командир роты Кириллу Кондрашину должен сохранить картины в замке. Необъяснимые силы, заключенные в предметах, требуют внимания и могут нарушить равновесие. Напряжение вокруг этих ценностей порождает тайну о неведомых силах.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Царица темной реки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В окрестностях Будапешта в 1945 году командир роты Кириллу Кондрашину должен сохранить картины в замке. Необъяснимые силы, заключенные в предметах, требуют внимания и могут нарушить равновесие. Напряжение вокруг этих ценностей порождает тайну о неведомых силах.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В окрестностях Будапешта в 1945 году командир роты Кириллу Кондрашину должен сохранить картины в замке. Необъяснимые силы, заключенные в предметах, требуют внимания и могут нарушить равновесие. Напряжение вокруг этих ценностей порождает тайну о неведомых силах.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
К тому же (он улыбнулся – скупо, так что осталось впечатление, что человек этот улыбается крайне редко)… Конечно, это ценные картины, но все же не настолько, чтобы круглые сутки сидеть возле них с пистолетом… особенно в доме, где находится рота советских солдат.
Он подошел к картине и долго разглядывал ее, как давеча замполит. (И, совершенно как замполит, почти не обратил внимания на картину с охотничьим домиком.) Правда, выражение его лица (он стоял ко мне вполоборота) было совершенно другое: ни любопытства, ни тени восхищения (безусловно, у замполита присутствовавшего) – скорее уж этакий холодный интерес исследователя. По моему мнению, гораздо более уместный у человека лет на тридцать постарше. Ну что, надо полагать, человек, вышедший из политической полиции полуседым лет в сорок и потерявший там все ногти на правой руке, наверняка будет скуповат на чувства и эмоции…
Наконец он повернулся ко мне и сказал:
– И все же редкостная была красавица…
Но и это было произнесено, в общем, без выражения, с тем же холодным интересом исследователя, узревшего в микроскоп особенно красивую бактерию. И тем не менее, несмотря на эту холодность, он мне понравился – как-то сразу располагал к себе. И я подумал, что мы с ним сработаемся.
От угощения он отказался вежливо, но решительно, сказал, что хорошо пообедал перед выездом. И мы как-то легко и непринужденно перешли к делу. Я рассказал, какие меры мы с замполитом собираемся предпринять, поинтересовался, нет ли у него дополнений и пожеланий. Таковых не оказалось. Он рассказал о своем поручении: в задачу его группы входило составить полный каталог находящихся в доме картин, старинной мебели и ковров. Как выяснилось, после окончательного освобождения страны новые власти и в самом деле собирались устроить здесь музей наподобие тех, что у нас, я слышал (но сам уже не застал), существовали в двадцатые годы: музей помещичьего быта, дворянского, купеческого и, кажется, еще какие-то подобные. Так и здесь: музей – охотничий домик отмененного новейшей историей феодала (то бишь господина графа, оказавшегося хозяином чуть ли не всей округи, земель ему принадлежало впечатляющее количество).
Комнату мы им нашли – они сказали, что хотят поселиться в одной. На довольствие поставили, с правилами внутреннего распорядка ознакомили. После чего я взял Яноша с собой в столовую, где Паша уже собрал отделенных и взводных. Пришел и замполит со своим активом. Там все окончательно и обговорили.
