Сорок шесть лет. Кажется совершенно нереальным, что можно находиться рядом с кем-то так долго. Я совсем чокнулся, если тоже этого хочу?
Сабрина, кажется, тоже очарована их историями, так что, когда старая пара забирается в свою маленькую машину и уезжает, она выглядит искренне расстроенной их уходом.
– Мы доедим мороженое в моей машине, – объявляет Карин, и по тому, как лукаво она улыбается, хватая Фитци за руку и утаскивая его к голубому хетчбэку, припаркованному на другой стороне, все становится понятно.
Он бросает взгляд через плечо и ухмыляется мне.
– Они точно переспят, – говорит Сабрина.
Я тащу ее к своей машине. Как только мы усаживаемся на передних сиденьях, я завожу мотор и включаю обогрев. Мороженое, вероятно, было плохой идеей: Сабрина явно дрожит, пока мы ждем, когда грузовичок прогреется.
– Ты про то, когда парень в футболке Red Sox нарисовал муравьев на лобке? Или когда Хирам и Дорис рассказывали, каково было пережить моду на увеличение груди в восьмидесятых?
– Последнее. Особенно когда она сказала, что подумывала о том, чтобы «сделать себе сиськи».
– О боже. Это был шок!
Сабрина так близко от меня. Звук ее звонкого смеха поднимает волну тепла в груди.
Проклятие. Мне очень нравится эта девушка. Она… невероятная. И вовсе не Снежная Королева, как утверждает Дин. Она умная, и забавная, и интересная, и…
И я, вероятно, влюбился.
Мой смех прерывается.
– Что не так? – тут же спрашивает Сабрина.
– Ничего, – вру я. Не говорить же ей, о чем я думаю, тем более что, уверен, она не захочет это слышать.
Боюсь представить, что она скажет, если я признаюсь, что влюбился. Мы трахались дважды, и ни один из этих двух раз не был свиданием. Конечно, слишком рано говорить слово на букву «Л».
– Ты уверен? – Ее голос звучит озабоченно. – У тебя очень глубокая морщинка прямо… тут. – Она двумя пальцами разглаживает мой лоб.
– Да, все в порядке. – Я двигаюсь и наклоняюсь к ней. – Я отлично провожу время.
– Я тоже. – Она чуть выставляет вперед нижнюю губу. – И хотела бы…
– Хотела бы я, чтобы мы поехали ко мне, но завтра подъем в четыре утра. Мне не стоит оставаться на ногах допоздна.
– Аналогично. У нас тренировка в семь.
– Значит, никакого секса, – хмуро говорит она.
– Если только ты снова не захочешь секса в машине.
Интерес мелькает в ее темных глазах, но тут же пропадает.
– Заманчиво, но неловко будет заниматься сексом, когда Карин всего в десяти футах.
– Я абсолютно уверен, что прямо сейчас Карин не до нас.
Сабрина качает головой.
