– Не возражаешь, если я поведу?
– Я никогда не жалуюсь на твое присутствие. Ты знаешь, я бы очень хотела, чтобы ты вернулся и жил со мной.
– Ага, но этого не будет. Ни одна женщина на земле не согласится встречаться с парнем, который живет с мамой, – говорю я, открывая для нее дверь.
Нахмурившись, она забирается внутрь.
– Что не так с парнем, живущим с мамой?
– Все, и ты это знаешь. – Я наклоняюсь и снова целую ее в лоб, чтобы убрать морщинку.
Во время четырехчасовой поездки домой из Далласа она пересказывает мне все местные сплетни Паттерсона.
– Дочь Марии Солис вернулась домой из Юты. Она теперь стрижется у Остина, но у нее все так же прекрасные манеры. Она зашла на следующий же день, просто поздороваться.
Я рассеянно киваю, гадая, согласилась бы Сабрина приехать ко мне домой на каникулы, если бы я пригласил, или нет. Думаю, отказалась бы, не только потому, что расценила бы это как форсирование событий, но и потому, что ей нужно зарабатывать деньги. Перед отъездом она была вне себя от радости, когда ей предложили работать на полторы ставки.
– Тебе стоит пригласить ее на свидание, – мамин голос вновь вторгается в мои мысли.
– Кого? – спрашиваю я.
– Дочь Марии Солис, – тут же отвечает она.
Я отвожу взгляд от дороги, чтобы посмотреть на нее с недоверием.
– Ты хочешь, чтобы я пошел на свидание с Даниэлой Солис?
– Почему нет? Она красивая и умная. – Мама откидывается на сиденье и скрещивает руки.
У нее буквально отвисает челюсть.
– Нет, – протестует мама. – Она слишком красивая.
– Мама, красивые девушки могут быть лесбиянками.
– Ты уверен? Может, она би. Я знаю, говорят, подростки экспериментируют в колледже.
– Она пригласила на выпускной Кэсси Картер! Ты делала прически им обеим.
– Я думала, они подруги.
– Они вынуждены были пойти как подруги, потому что их не пустили бы как пару.
Мама откидывается на сиденье. Она, очевидно, уже придумала изощренный план, как свети меня с Дэни.
– Помнишь, я говорил тебе, что познакомился с девушкой? – медленно говорю я, решив, что лучше рассказать ей сейчас, пока она не начала пытаться свести меня с каждой одинокой девушкой в Паттерсоне.
– А? – переспросила она настороженным голосом. – Я думала, ничего серьезного.
– Теперь есть. Слушай, она тебе понравится. У нее идеальные оценки, она работает на двух работах, и ее только что приняли в Гарвард.
– Гарвард? Это тот, что в Бостоне?
В ее голосе звучит сильное беспокойство.
