Пожилой вояка, который и танцевал, как маршировал на плацу, и юноша, который от робости не мог связать пары слов, но танцевал неплохо.
Наконец дошла очередь и до наместника Энны. Он не был выдающимся танцором, но двигался легко, как всякий воин. Очевидно, придворное одеяние сковывало его движения, а он привык к более просторной и практичной одежде.
— Господин Сигран… или Эрне?
— Как вам будет угодно, — улыбнулся наместник, осторожно взяв мою руку на финальном пасео. До конца ряда, пока мы не разойдемся, можно было перемолвиться парой слов.
— Могу я задать вам вопрос? — неожиданно для самой себя решилась я.
Будем надеяться, что мой вопрос не настроит против меня наместника. «Любопытство тебя когда-нибудь погубит, Твиг».
— В Летнем дворце, в галерее, я видела портрет старого Герцога. Вам говорили, что вы с ним очень похожи?
Сигран на мгновение запнулся, но тут же взял себя в руки.
— Вы… необычная особа. Умеете задавать правильные вопросы, — сказал он, внимательно посмотрев на меня.
— Простите, если я вас невольно обидела!
А если они и правда одной крови с Амелией? Не хочется об этом думать. Судя по его реакции, Сигран не мог не знать об этом. Как целитель, я знала об опасности близкородственных браков.
— Нет, не обидели. Я горжусь своими предками и знаю их наперечет, в отличие от многих аристократов, происхождение которых далеко от того, что указано в родословной.
— Я не люблю недосказанности и понимаю, почему вы задали этот вопрос. Даю слово воина, что отвечу на него, но не здесь и не сейчас.
— Хорошо. Еще раз прошу меня простить.
После всех перемен, когда танец наконец закончился, наступил перерыв.
Как только музыка стихла, ко мне тут же вернулся сид, бросив партнершу по танцу, которая тоскливо смотрела ему вслед. Вот как сиды влияют, сознательно или бессознательно, на простых смертных. Это подобно свету лампы, манящему мотылька, который затем сгорает в пламени.
Стоило сиду приблизиться, любопытствующих или просто стоящих поблизости от меня людей как ветром сдуло.
Музыканты заиграли ненавязчивую мелодию, а гости разошлись к столам, накрытым в примыкающих к залу анфиладой помещениях. С утра у меня во рту не было и крошки, и я тоже не прочь была подкрепиться. Словно читая мои мысли, мой спутник предложил:
— Ты голодна? Хочешь, пойдем к столам?
— Как вы догадались, данна?
Он меня смущал. Девушке не полагается быть такой прожорливой. Ей надлежит питаться воздухом, росой и лепестками цветов. Все это явно не про меня…
— Это же очевидно. Если охрана во дворце работает должным образом, тебя могли полдня продержать на проверках. Судя по опозданию, так и есть.
Какая демонстрация логики. Судя по искрящимся глазам, он опять подшучивал надо мной.