С тем же успехом он мог спросить у меня, что я хочу на ужин, но в глазах даже сквозь заливающую их тьму застыло нечто такое… такое, что застыла я. Чувствуя, как стыну изнутри.
Усилием воли вытолкнула себя из этой стужи в тепло. Разливающееся в груди, набирающее силу, согревающее.
— Я не верю в чудовищ, — сказала тихо.
Воспользовавшись короткой паузой-замешательством, стремительно шагнула в потусторонний холод. Позволяя ему вцепиться в меня когтями, обняла Эрика и глубоко вздохнула, отпуская бьющуюся во мне магию.
Полыхнувшая перед глазами золотая вспышка и рычание:
— Шаррррлотта! — заставило вскинуть голову.
Золота в его глазах больше не было, точно так же, как и тьмы, но было нечто похуже, и прежде чем я успела об этом подумать, меня уже втолкнули в раскрывшийся портал, даже пикнуть не успела.
— Ты… — яростно произнес Эрик. — Сумасшедшая. Несносная. Девчонка.
Он наступал на меня, и сейчас я все-таки попятилась. Боковым зрением уловив обстановку и понимая, что мы оказались в Дэрнсе. В его спальне.
— Я тебя согреть хотела! — выдохнула ему в лицо.
Которое внушало серьезные опасения.
— Сейчас согреемся, — произнес он.
Так выразительно, что я не выдержала и одним прыжком оказалась возле ванной. Влетела в нее, задвинула щеколду и привалилась спиной к двери.
— А ну выходи, Шарлотта, — донеслось снаружи.
— И не подумаю, — ответила, пытаясь отдышаться.
— Выходи, или войду я.
— Ты правда хочешь это знать?
Я едва успела осознать эту мысль, когда щеколда за моей спиной повернулась. Сама.
Точнее, не сама, а подчиняясь дымчатой туманной нити, протянувшейся в щель между спиной и дверью. С визгом, которого сама от себя не ожидала, отпрыгнула назад, а дверь чудом не слетела с петель.
— Думала, что меня это остановит? — Эрик захлопнул несчастную дверь с такой силой, что она жалобно хрустнула. — Ты хоть знаешь, что когда ты кинулась мне на шею, из тебя могло выжечь магию подчистую? Это ты понимаешь, ненормальная?!
— То, что ты видела — та дымка, которая меня окружала, называется золотая мгла. Это сильнейшая антимагия, при соприкосновении с ней любой маг лишается сил. Надолго. Очень надолго. И это очень больно, Шарлотта, — последнее он прорычал так, что задребезжали матовые стекла. Или мне просто так показалось. — Если бы я не успел ее отвести…
Это прозвучало зловеще.
— Откуда я могла знать?! — выкрикнула я. — Откуда, если ты мне об этом не сказал?!
— Ты не должна была бросаться ко мне. Не должна, потому что я просил тебя уйти. Дурная!
Прежде чем я успела сказать, что сам он дурной, Эрик уже шагнул ко мне. Я не успела отпрыгнуть, как меня уже притянули к себе. Не просто притянули, сграбастали в объятия, уткнувшись носом в растрепавшиеся волосы.