Военком вошел первый:
- Людмила Иосифовна, с глубокой скорбью должны сообщить, что ваш муж...
Слез не было. Я кричала. Увидела его друга, бросилась к нему:
- Толик, если ты скажешь, я поверю. Что ты молчишь?
Он подводит ко мне прапорщика, сопровождавшего гроб:
А того трясет, он тоже молчит.
Подходят ко мне какие-то женщины, целуют.
- Успокойся. Давай телефоны родных.
Я села и тут же выпалила все адреса и телефоны, десятки адресов и телефонов, которые я не помнила. Проверили потом по записной книжке - все точно.
Квартира у нас маленькая, однокомнатная. Гроб поставили в клубе части. Я обнимала гроб и кричала:
- За что? Что ты кому плохого сделал?
Когда ко мне возвращалось сознание, я смотрела на этот ящик: "Привезут тебе мужа в ящике..." И опять кричала:
- Я не верю, что здесь мой муж. Докажите мне, что здесь он. Тут даже окошечка нет. Что вы привезли? Кого вы мне привезли?
- Толик, - говорю, - поклянись, что здесь мой муж.
- Я своей дочкой клянусь, что там твой муж. Он умер сразу, не мучился. Больше ничего тебе не скажу.
Сбылось его: "Если придется умереть, то так, чтобы не мучиться". А мы остались мучиться...
Висит на стене его большой портрет:
- Сними мне папу, - просит дочка. - Я буду с папой играть...
Окружит портрет игрушками, разговаривает с ним. Ночью укладываю ее спать:
- А куда стреляли в папу? Почему ни выбрали именно папу?
Приведу ее в садик. Вечером надо забирать домой - рев.
- Не уйду из садика, пока за мной не придет папа. Где мой папа?
Я не знаю, что ей отвечать? Как объяснить? Мне самой только двадцать один год... Этим летом отвезла ее к маме в деревню. Может, там его забудет... У меня нет сил плакать каждый день... Увижу, как идут вместе муж, жена и ребенок с ними - душа кричит... Встал бы ты хоть на одну минуту... Посмотрел, какая у тебя дочка!.. Для тебя эта непонятная война кончилась... Для меня - нет... А для нашей дочери она будет самая длинная... Ей жить после нас... Наши дети самые несчастные, они будут отвечать за все... Ты меня слышишь?
Кому это я кричу?.."
"Когда-то я думала: рожу сына... Сама себе ржу мужчину, которого буду любить и который меня будет любить. С мужем мы разошлись... Он ушел от меня, ушел к молодой. Я его любила, наверное, поэтому другого не было...
Сына растили с мамой, две женщины, а он - мальчишка. Встану тихонько и слежу из подъезда: с кем он, что у него за компания?
- Мама, - вернется домой, - я уже взрослый, а ты меня пасешь.
Маленький был, как девочка. Беленький, хрупкий, он у меня восьмимесячным родился, искусственник. Наше поколение не могло дать здоровых детей, росли мы в войну - бомбежки, стрельба, голод... Играл он все время с девочками, девочки его принимали, он не дрался... Любил кошек, завязывал им банты.
- Купи, мамочка, хомячка, у него шкурка тепленькая, как мокренькая.
Покупался хомячок. И аквариум.