Рассказ Светланы Алексиевич о десятилетней войне в Афгастане через голоса солдат и их семей. В книге собраны свидетельства более ста человек о столкновении Востока и Запада. Возникает конфликт между реальностью войны и тем, как её описывают.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Цинковые мальчики»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Рассказ Светланы Алексиевич о десятилетней войне в Афгастане через голоса солдат и их семей. В книге собраны свидетельства более ста человек о столкновении Востока и Запада. Возникает конфликт между реальностью войны и тем, как её описывают.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Светлана Алексиевич Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Рассказ Светланы Алексиевич о десятилетней войне в Афгастане через голоса солдат и их семей. В книге собраны свидетельства более ста человек о столкновении Востока и Запада. Возникает конфликт между реальностью войны и тем, как её описывают.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Удивительно, как мало мы там задумывались. Видели наших ребят, покореженных, обожженных. Видели их и учились ненавидеть. Думать не учились. Поднимались на вертолете, внизу расстилались горы, покрытые красными маками или какими-то неизвестными мне цветами, а я уже не могла любоваться этой красотой. Мне больше нравился май, обжигающий своей жарой, тогда я смотрела на пустую, сухую землю с чувством мстительного удовлетворения: так вам и надо. Из-за вас мы тут погибаем, страдаем. Ненавидела!
раны огнестрельные... Раны минновзрывные... Вертолеты садятся и садятся... Несут на носилках... Они лежат, прикрытые простынями...
Рассказываю вам, а сама думаю: все такое страшное. Почему я только страшное вспоминаю? Была же дружба, взаимовыручка. И геройство было. Может, мне мешает та старая афганка? Мы ее спасли, а она хотела в нас плюнуть... Но я вам не до конца рассказываю... Ее привезли из кишлака, через который прошли наши спецназовцы... Никого живого не осталось, только она одна... А если с самого начала, то из этого кишлака стреляли и сбили два наших вертолета... Обгоревших вертолетчиков вилами докололи... А если до самого конца, до самого... То мы не задумывались: кто первый - кто последний? Мы лишь своих жалели...
У нас послали на боевые врача. Он первый раз вернулся, плакал:
- Меня всю жизнь учили лечить. А я сегодня убивал... За что я их убивал?
Через месяц он спокойно анализировал свои чувства:
- Стреляешь и входишь в азарт: на, получай!
...Ночью на нас падали крысы... Обтягивали кровати марлевым пологом. Мухи были величиной с чайную ложку. Привыкли и к мухам. Нет животного неприхотливее человека. Нет!
Девочки засушивали на память скорпионов. Толстые, большие, они "сидели" на булавках или висели на ниточках, как брошки. А я занималась "ткачеством". Я брала у летчиков парашютные стропы и вытягивала из них нити, которые потом стерилизовала. Этими нитями мы зашивали, штопали раны. Из отпуска везла чемодан игл, зажимов, шовного материала. Сумасшедшая! Привезла утюг, чтобы не сушить на себе зимой мокрый халат. И электрическую плитку.
По ночам крутили всей палатой ватные шарики, стирали и сушили марлевые салфетки. Жили оной семьей. Мы уже предчувствовали, что, когда вернемся, будем потерянным поколением, лишними людьми. Как, например, нам ответить на вопрос, зачем столько женщин посылали на эту войну? Когда стали прибывать уборщицы, библиотекари, заведующие гостиницами, мы сначала недоумевали: для чего уборщица на два-три модуля или библиотекарь для двух десятков потрепанных книг? Для чего, как вы думаете?.. Мы сами сторонились этим женщин, хотя они ни в чем не были перед нами виноваты.
А я там любила... У меня был любимый человек... Он и сейчас живет... Но перед мужем я согрешила; обманула его: сказала, что того, кого я любила, убили...
