Дальше просто: Константин Александрович или двинет на пост Ларионова своего дружка, или, что вернее, переподчинит дирекцию строящейся дороги себе. И тогда подрядчики валом повалят в то здание, из которого мы только что вышли.
Полицмейстер перевел дух, помолчал и продолжил:
– Для чего я вам все это сказал? Чтобы не обманывались насчет Нестеровского. Здесь Туркестан, здесь иначе не бывает. Но его превосходительство нам друг и защитник. Сейчас. А мне такой покровитель очень нужен. Вы уедете, а мне служить. Знаете, как иногда трудно бывает? Начальник города – пустое место.
Туземной частью вовсе не занимается, а она в десять раз больше русской! И все на мне. Начальник области – ботаник-любитель, а его помощники сплошь казнокрады. Того и гляди, сожрут скромного капитана… Приходится искать сильную руку. А Константин Александрович – хороший человек! По туркестанским меркам. Лишнего не берет. Только то, что люди сами предлагают.
– Как и вы, – не удержался Алексей.
– Как и я, – согласился Иван Осипович, и не думая обижаться.
– Нестеровский умеет работать. Держит край в руках. Говорю же: без него тут было бы много хуже! Он государственного калибра человек. Пусть лучше такие, как он, будут наверху, чем Ларионов с Кокоткиным. И я ему помогаю сознательно. А если следствием станет то, что Константин Александрович разбогатеет… Да ради бога! Глядишь, и я под его крылом обеспечу себе старость. Это уж я вам по-приятельски. В туркестанском нашем безлюдье надо маленьким человечкам к кому-то прибиваться. Двое детей, сами понимаете…
Алексей уже успокоился насчет откровений полицмейстера.
Нестеровский его, Лыкова, кулаками хочет изменить условия. Чтобы взятки шли в нужном направлении. И пусть! Не лесопромышленнику исправлять мир. Его дело – шпалы продать. А это получится как раз, если победит правитель канцелярии. Наглецу Кокоткину плыть на Сахалин? Очень хорошо! Там ему самое место. У честного служаки Скобеева усилится покровитель? Опять надо радоваться. И вообще, беленьких и без сыщика полюбят, ты вот черненьких полюби…
– Ладно, – примирительно заявил Лыков.
– Ничего удивительного вы мне не сказали. Так везде, не в одном лишь Туркестане. Наговариваете вы на свой край, Иван Осипович!
– Правда? – усомнился капитан. – Я думал, хуже нет места во всей империи!
– Есть. Сахалин, например. Если это вас утешит… Но правы вы в другом. Я человек приезжий, живу далеко. А вам тут служить. И пусть ваш покровитель выиграет, ничего не имею против. Даже готов помогать ему в этом.