Туркестан — читать онлайн бесплатно полностью

Другие и не то делают, и сходит с рук… Такие мысли помогали.

– Замечательно, что тебе в молодые годы встретился учитель, – резюмировала вдова. – Ты стольким ему обязан, но уверена: и он тебе тоже. Тем, что после него остался ученик и продолжатель, который всегда его помнит. Скоро двадцать девятое июня, день Петра и Павла. Давай сходим в храм вместе, я хочу помолиться за упокой его души. Ведь и мне досталась частичка его трудов!

Еще ее поразило, что государь дважды благодетельно вмешивался в судьбу нижегородской сироты. И это хранило семейство Лыковых лучше любых подвигов Алексея. Власть – это люди, а люди завистливы и недоброжелательны. Труды человека на службе начальство легко забывало. А вот внимание государя оно помнило всегда. Теперь Алексей частное лицо, лишенное придворного звания. Время некоторой особости, которую чувствовали все, давно прошло. Лыковы сейчас простые люди. Шпалы вон приходится продавать… Но в обществе помнят, что Его Величество знает бывшего сыщика лично. И будут помнить, пока жив этот государь.

На третий день Алексей поехал в госпиталь. Он нашел Титуса сидящим на кровати. Тот бережно придерживал руку в лубке, рядом остывал чай в казенном стакане. Увидев друга, раненый обрадовался.

– Леш, давай согласуем показания! Вот это, – он кивнул на руку, – меня верблюд лягнул. Когда я сдуру подошел к нему сзади. Ладно?

– Годится. А это вот, – Лыков ткнул себя пальцем в шею, где розовел шрам, – у меня фурункул вылез. Хирург ланцетом вскрывал. Запомнил?

Придумав легенды для жен, сыщики повеселели. Оба понимали, что легко отделались.

– Как ты, Яша, один с двумя-то в номерах обошелся? Ловко!

– Ага! Это тебе, орясине, не привыкать! А я уж отвык. Когда меня режут – нервничаю.

– Я тоже нервничаю. Ты извини меня, что я такой дурак. Думал, Горсткин будет долго запрягать. И поставил тебя одного на кинжалы. Прости.

– Ладно. Обошлось – и слава Богу.

– Слава Богу! Ты скажи, как рука?

– Два пальца не чувствую совсем, – признался Титус. – Три шевелятся, болят, а эти как мертвые. Что это значит, Лех?

– Контузии действительно бывают весьма неприятные, – ответил Лыков со знанием дела. – Хуже любого ранения. Но это когда задета голова. А рука заживет. Поболит и заживет. Нужен покой неделю-другую, чтобы ты ее не бередил.

– Вот, и доктор так говорит! – обрадовался управляющий. – Значит, правда.

– Забери меня отсюда. Скучно тут и боязно. Считается хирургическое отделение, а у одного сифилис, у другого пендинка. А как тут посуду моют, лучше не видеть. Вдруг я чего подцеплю? Доказывай потом Агриппине…

Алексей задумался. Забирать друга к себе, в переулок Двенадцать Тополей, ему не хотелось.