Автор
Иван Подушкин вынужден провести свое первое самостоятельное расследование убийства клиентки детективного агентства. Пока его хозяйка Элеонора восстанавливается после операции, верный помощник должен доказать своё мастерство и раскрыть запутанное дело, полное неожиданных поворотов и комичных...
– Так что, мил-человек, зазря ты в чужую семью лезешь, – с осуждением закончила Ираида, – дитя у них, тебе девочка чужая, как ни прикидывайся – родной не станет. Оставь их в покое, найди себе незамужнюю. Нехорошо!
– Вы ошибаетесь, – непонятно по какой причине я попытался разубедить няньку, – я не имею никакого отношения к Люсе.
Следовало просто молча уйти, но меня отчего-то потянуло оправдываться.
– Ага, – скривилась Ираида, – а то записки чужие люди носят? Ваще обнаглел, в садик явился! При живом отце.
– Поверьте, я сегодня впервые в жизни увидел Харченко, – продолжал бубнить я."
"Ираида сморщилась. Я слегка растерялся, может, стоит рассказать про арест Виктора? Но вдруг Люся не хочет, чтобы о задержании супруга знала каждая собака? Да и с какой стати я обязан давать отчет няньке? Просьбу Люси я выполнил, а уж на семейные секреты госпожи Харченко мне абсолютно наплевать.
Я повернулся и пошел к двери.
– Бесстыжие глаза, – полетели мне в спину злые фразы, – наглая морда! Ну погоди, господь-то все видит, ничего не простит. Плохо тебе будет!
В самом мерзком настроении я сел за руль, услышал треньканье мобильного, глянул на дисплей и увидел номер Николетты. Первой мыслью было не отвечать, но потом я справился с детским желанием спрятаться в шкаф при виде неприятности и спросил:
– Что случилось?
– Вава, – затрещала маменька, – ты где?
– Ну, в принципе не так уж далеко от дома.
– Прелестно. Немедленно купи мочалку.
– Что?
– Мо-чал-ку, – по слогам повторила Николетта, – такую мягкую, длинную. Ясно?
– Абсолютно, – ответил я.
– Как окажешься в магазине, позвони.
– Зачем?
– Важен цвет.
– Мочалки?
– Да.
Я снова не стал спорить. Долгие годы общения с Николеттой научили меня: если хочешь сохранить психическое здоровье, никогда не занимайся выяснением ненужных подробностей. Желает маменька мочалку определенного цвета? Приобрету без проблем и отправлюсь спокойно читать Рекса Стаута. Начну совершенно справедливо объяснять ей, что цвет губки никак не влияет на ее качество, получу жуткую истерику. Да и какая мне разница, с чем Николетта отправится в ванную?
Приехав в супермаркет, я соединился с маменькой.
– Стою в отделе хозяйственных товаров.
– Ну-ка, – оживилась Николетта, – скажи, какая там гамма красок?
– Серые, голубые, зеленые, красные.
– Вава! Это же синтетика! – закричала маменька.
– Виноват, пошел искать натуральные губки, – быстро ответил я.
