— Ыхы, — сказал мертвец. Mara поморщилась от постепенно усиливавшегося трупного праха, который скапливался на каждом шагу. Ночевать снова казалась не избежатьем: денег едва хватило бы на ужин, а вот ночлег означал бы потерю еще одного драгоценного копеечка.
Произносили тосты и пили. За столом чаще всего поднимал бокал Вильям — неисчерпаемый источник поучительных тостов. В конце концов решили выпить даже за Вседержителя.
— А что, — объяснил немного неловко Вильям, — нормальный он мужик. Старается. Вон юг почти от нечисти освободил, на севере, правда, еще полно… Да и о людях заботится. Только проклят он и весь его род.
— То есть как — проклят? — удивилась Мара.
Этой истории она еще не слышала.
— Ну, ты не знаешь, что ли? Какая-то болезнь их косит. Нынешний Вседержитель третьим сыном своего отца был, так двое старших не дожили до престола.
Мара вспомнила, как глашатаи обращались к толпе с просьбой молить бога за старшего сына Вседержителя. Так вот оно что… Ну, в общем, понятно.
— Да не проклятие это, — сказала она. — Ясно же, род вырождается. Они ведь, благородные, заключают между собой близкородственные браки, чтобы кровь не разжижать.
Маре даже стало жаль незнакомого ей юношу. Бледного, невзрачного, как цветок, выросший без солнца. Представила, как он постепенно чахнет и вянет в своем дворце. Нет уж, и врагу такой участи не пожелаешь.
— Ладно, — сказала она, хмурясь. — Выпью за его здоровье. А ты, Бьярн?
— Хм, — ответил Бьярн. — Отчего же не выпить за это несчастное хиленькое создание?
Разошлись утром, довольные праздником и друг другом.
Эрл остался ночевать у Вики, с друзьями. У камина его ждал подарок — увидит, когда вернется. Деревянный меч на перевязи. В прошлый раз Бьярн не успел купить его, вернулся раньше, будто почуял что-то. То-то радости будет.
— Тебе понравился праздник, птаха? — спросил Бьярн, целуя ее в кончик носа.
— Ага, — счастливо вздохнула Мара.
Вечер оказался волшебным, и закончить его тоже хотелось волшебно, но только подумала об этом, как сразу испугалась. Бьярн понял, что ее тревожит.
— Просто согрею тебя, — тихо сказал Бьярн. — И поцелую. Хорошо?
— Хорошо…
Мара позволила взять себя на руки и отнести наверх.
ГЛАВА 38
Утром Мара проснулась и долго прислушивалась к ощущениям.
