— Ыхы, — сказал мертвец. Mara поморщилась от постепенно усиливавшегося трупного праха, который скапливался на каждом шагу. Ночевать снова казалась не избежатьем: денег едва хватило бы на ужин, а вот ночлег означал бы потерю еще одного драгоценного копеечка.
Его лица Дженни еще не успела разглядеть, потому что хоть она и работала в зале вторую неделю, но пока очень смущалась и при виде благородных невольно опускала глаза. Дженни только скользнула взглядом по фигуре и робко замерла на месте, ожидая, что клиент сам окликнет ее. Тогда можно приступать к работе.
— Хм, кто здесь у нас! — услышала она голос над самым ухом. — Какая ты ладненькая!
Мара дернулась как от боли. Ее будто прошили насквозь раскаленным железным прутом. Этот голос. И в точности та самая фраза. Внутри все кричало от ужаса, сердце билось как сумасшедшее.
Дженни подняла глаза и увидела перед собой очаровательного юношу с золотыми волосами и глазами синими, словно небо в ясный день.
— Я Дженни, — представилась она.
Таковы правила — клиент должен знать, как обращаться к работнице.
— А я… Лейн.
— Я познакомилась с Лейном, — сказала Дженни устами Мары, и все собравшиеся в комнате неосознанно, кто громко, кто шепотом, повторили это имя.
Имя убийцы.
И только Мара, запертая в собственном теле, кричала, рвалась наружу, чтобы сказать правду: «Его зовут вовсе не так! Его настоящее имя Лейрас! Лейрас Айлири!»
ГЛАВА 46
— Что было дальше, Дженни?
Дальше… Мара вдруг увидела себя стоящей у входа в мастерскую. Вечерело, солнце закатилось, и старенькая накидка Дженни не спасала от ветра. Девушка привычно закуталась в нее поплотнее, спрятала руки в рукава. На сгибе локтя висела корзинка, где лежали коклюшки, мотки ниток, иголки — Дженни дома плела кружева.
Не успела она свернуть за угол, как от стены дома отделилась тень и превратилась в того самого красивого юношу, что приходил сегодня на примерку. Вот уж кого Дженни не ожидала увидеть здесь. Она-то думала, благородные совсем не ходят пешком, а только на каретах передвигаются.
— Разреши проводить тебя, сладкая?
Дженни потупилась, глядя на носки своих стареньких стоптанных ботинок.
— Это я тебе говорю, Дженни. Дженни, все верно?
Она едва заметно кивнула.
— Ты ведь меня не боишься? — спросил он со смешком.
Дженни покачала головой из стороны в сторону: «Нет».
— Люблю таких робких и застенчивых мышек. Мне показалось, волосы у тебя длинные и светлые, но под чепцом не разглядеть.
Дженни так удивилась, что подняла глаза на Лейна.
