— Ыхы, — сказал мертвец. Mara поморщилась от постепенно усиливавшегося трупного праха, который скапливался на каждом шагу. Ночевать снова казалась не избежатьем: денег едва хватило бы на ужин, а вот ночлег означал бы потерю еще одного драгоценного копеечка.
— Вот, заштопай-ка мне рубашку, совсем износилась. Чувствуешь, какая тонкая ткань — чуть тронь, и порвется. Надо потихоньку, специальными стежками. Я тебе сейчас покажу, а дальше сама, — мог попросить он, и девочка, охотно помогая, даже не понимала в тот миг, что учится накладывать швы.
И так день за днем. Год за годом. Из тоненькой белокурой девчушки вырастала серьезная умная девушка с внимательными глазами и чуткими руками. Отзывчивая и добрая, открытая и доверчивая. Пожалуй, чересчур открытая и доверчивая… За что и заплатила слишком высокую цену…
Но до того дня было еще далеко.
Как-то она увидела, что профессор Вигге достал из-под кровати сундучок и прячет в него пару серебряных монет.
— Я не беру денег от тех, кому это не по карману, но в городе живут люди, которые могут позволить себе расплатиться за мои услуги, — объяснил он чуть виновато: мало того что обещал не лечить больше, а лечит, так теперь еще и деньги за это берет. — А тебе нужны будут деньги, зайчонок.
Девочка почувствовала, как у нее защипало глаза от слез, нахлынувших, когда она поняла, что дедуля Биргер делает это ради нее. Приблудной грязной девчонки, которую нашел в лесу. Потому, кстати, и звал зайчонком. «Вижу, скачет по тропинке, серенький такой!» — смеясь, объяснял он.
Однажды, вернувшись с ярмарки в Лабранте, Биргер Вигге положил на стол перед девочкой книги.
— Зачем это? — рассерженно спросила она. — Я не собираюсь в Академию темных искусств! Я ведь…
— Я знаю, — мягко прервал ее профессор Вигге. — Но это твоя сильная сторона. Глупо не использовать то, что дает тебе преимущество перед остальными медикусами, согласись.
Девочка подумала и согласилась — действительно, лишним не будет. В тот момент она еще не знала, как прав дедуля Биргер: пригодилось, и еще как. Именно благодаря этим знаниям и книгам, сквозь которые она продиралась вместе с учителем, — сама бы и половины не одолела, — она и смогла без труда сдать сложный экзамен на вступление в гильдию и получила сразу второй разряд.
