Лелька оказывается в загадочном мире Корректора, где каждый поступок имеет неожиданные последствия. Девочка ищет свою ошибку, не понимая, совершила ли она её уже или только совершит. В этом необычном пространстве реальность и кошмар переплетаются, заставляя героиню столкнуться со своими...
Раздел Chitat.online для книги «Твой личный кошмар» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Лелька оказывается в загадочном мире Корректора, где каждый поступок имеет неожиданные последствия. Девочка ищет свою ошибку, не понимая, совершила ли она её уже или только совершит. В этом необычном пространстве реальность и кошмар переплетаются, заставляя героиню столкнуться со своими...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Арсеньевна Арсеньева Детские книги Детская фантастика подборки серии
Лелька оказывается в загадочном мире Корректора, где каждый поступок имеет неожиданные последствия. Девочка ищет свою ошибку, не понимая, совершила ли она её уже или только совершит. В этом необычном пространстве реальность и кошмар переплетаются, заставляя героиню столкнуться со своими...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Крепкая, высокая, румяная, с очень светлыми, даже белесыми волосами, голубоглазая – самая обыкновенная девчонка. Одета в джинсики и белую майку.
На майке зеленая надпись: «Корректор».
На сумасшедшую Лина совершенно не похожа…
Коридор закончился, впереди показалась кабина лифта. Дверцы открылись, как только девочки подошли.
– Ишь, – буркнула Лина, – знает, что мы пришли. Ждет небось…
У Лёльки подкосились ноги.
Лифт знает? Лифт ждет?!
– Да ладно, привыкай, – сказала Лина, вталкивая ее в кабину, в которой не было привычной панели с кнопками этажей.
Дверцы закрылись, лифт пошел вверх.
– К чему привыкать? – спросила Лёлька.
– К тому, что тут за нами постоянно следят.
– Кто? – испуганно спросила Лёлька. – Врачи?
– Врачи – это которые лечат, – усмехнулась Лина. – В больнице. А это не больница. Это Корректор.
– Что?! Что ты говоришь? Какой Корректор?! – испугалась Лёлька.
– Какой-нибудь, – пожала плечами Лина, ткнув себя в надпись на груди. – Так называется это место, куда мы попали. Видишь майку? Думаешь, она моя? Фигушки! Все наше у нас забрали. Свой чемодан ты тоже больше не увидишь. Вернут только всякую ерунду, типа заколок, расчески, зубной щетки. Джинсы, кроссовки, носки, майки выдадут казенные. Пижамы и белье тоже.
– А планшет? А телефон?
– Фигушки, я же говорю, – повторила Лина. – Даже свою ручку не увидишь, даже блокнот! Скажи спасибо, что оставят имя! Тебя как зовут, кстати?
– Лёлька… – не сразу смогла выговорить та.
– Ну а я, как ты слышала, Лина. Все, приехали.
Лифт остановился. Дверцы раскрылись, и Лёлька даже отпрянула – такой оглушительный встретил ее ор, шум, хохот, рукоплескания и, как показалось в первую минуту, несчетное множество лиц.
– Привет, преступники и убийцы! – весело выкрикнула Лина. – Ну, вот вам новая игрушка!
* * *Орел-наблюдатель, описывая круги в вышине, без умолку подавал сигналы, и клекот его становился все пронзительней, все тревожней.
«Пожалуй, не уйти», – устало подумал Данила, припадая спиной к дереву.
Если не дать себе хоть минутной передышки, он не вынесет этого сумасшедшего бега. Хотя, наверное, было бы даже лучше, если бы просто сердце не выдержало. Лучше умереть на бегу, пока не догнали.
Потому что все равно догонят, и тогда…"
"Птицеглавые отстали ненадолго, но они-то уж не потеряют след! Они никогда след не теряли! То, что Данила еще жив и оторвался от погони, – обычная их забава: погонять человека по лесу, пока в нем еще тлеет огонек надежды на спасение, а потом вдруг окружить со всех сторон и, обессиленного, задыхающегося, расстрелять в упор.
Данила тряхнул головой, отгоняя внезапное воспоминание, каким он видел сегодня Шурку: тело сплошь утыкано стрелами, ноги мучительно согнуты, словно, умирая, он все еще стремился убежать от страданий.
Не убежал.
