Автор
В темном отеле на каждой ночь что-то изменяется — и всё становится очевидно: это не просто секс, это цена за его прошлое ошибки. Стертые границы между проституцией и любовью трансформируются в шокирующий триллер, где каждый день обещает быть хуже предыдущего.
И что это значит?
Раздраженно вытряхиваю платье на кровать, рассматриваю его. Простое, черное. Только спина оказывается открытой, но это мелочи. Спустя всего несколько минут я готова.
Нервно вытираю вспотевшие ладони, встряхиваю головой. Не знаю, что со мной происходит. Нервничаю всё время ,поправляю волосы. И когда выхожу к Эрику, сердце выстукивает в горле.
– Sei la ragazza più bella che abbia mai visto in vita mia.[1]
Эрик смотрит на меня, улыбается. И что это значит? Из всего этого я понимаю только «белла» и «Вита».
– И что это значило? – спрашиваю, не выдержав, когда мы садимся в машину. – Эрик!
– Что ты хорошо выглядишь. Тебе очень идут платья. Не понимаю, почему ты отказываешься их носить?
– В них неудобно. Я девочка-комфорт.
– Ты девочка-инфаркт.
Подмигивает мне, выезжая со стоянки. А его ладонь автоматом ложится на моё колено, поглаживая. От его прикосновений дышать сложно, всё воспламеняется.
А ведь мужчина даже не наглеет, не забирает под платье.
Сегодня.
До рассвета и наши пути расходятся.
– Можешь рассказывать нано всё, что захочешь. Ну, кроме долга. А так… Я переживу, если вдвоем начнете обсуждать какой я ужасный человек.
– Почему? Не то, чтобы я думала иначе… Эй!
Вскрикиваю, когда мужчина резко опускает ладонь на моё бедро. Шлепает, разгоняя кровь вперемешку с желанием. Потому что его ладонь так близко и если мужчина…
– Потому что я не люблю вино, Мио.
– Я ведь тоже.
– Значит, по мнению бабули, мы оба ужасные просто. Хуже нас не найти. Не позволяй ей склонить тебя на темную сторону.
– А если позволю?
– То ночью получишь.
От этого обещания все внутренности скручивает в тугой узел. Потому что сразу фантазии, как именно мужчина будет мстить. Как касаться, целовать и наказывать.
Мы тормозим у дорогого ресторана и волнение возвращается. Сковывает мышцы, превращает улыбку в гримасу. Делаю короткие вдохи, чтобы успокоиться.
Я узнаю Лютецию сразу, как-то интуитивно. Красивая женщина в белом платье. Выделяется среди других посетителей… Энергетикой наверное. Как и сам Мафиоцци.
– Нона, - Эрик целует женщину в щеку, прижимает меня ближе. – Моя Мина.
– Очень приятно, - голос у женщины приятный, а я стараюсь разобраться в английском. Потому что с ним у меня не идеально. Но хорошо, что они не на итальянском начали говорить.
