Автор
В темном отеле на каждой ночь что-то изменяется — и всё становится очевидно: это не просто секс, это цена за его прошлое ошибки. Стертые границы между проституцией и любовью трансформируются в шокирующий триллер, где каждый день обещает быть хуже предыдущего.
Облизывает сухие губы и чуть прищуривается, наблюдая за мной.
А я наблюдаю за этим движением. Слишком долго смотрю на его губы, и он это замечает. Наконец, улыбается и подходит ближе. Цепляет пальцами подбородок и не даёт скрыть смущение. У меня всё перемешивается от этого властного движения, заставляющего подчиниться и склонить голову перед победителем.
Эрик ловит мой взгляд и целует.
Глава 18. Эрик
Если было что-то прекраснее адреналина, плескавшегося в крови, бурлящего и дурманящего… Так это видеть, как адреналин обволакивает Мину, опьяняет её и прогибает под себя.
Она дрожит в моих руках, задыхается и подставляется под страстные поцелуи. Глаза блестят восторгом, а зрачки расширены, как у наркоманки.
Да, иногда адреналин подсаживал лучше наркоты.
Я кусаю её губы, проникаю в жаркий рот, касаясь кончика её языка. Исследую и пробую на вкус. Прижимаю её к себе, стискивая тонкие руки в ладонях. Она такая отзывчивая и покорная, стонет в мои губы и тянется навстречу.
Адреналин и возбуждение смешиваются, заставляя меня действовать резко и жестко.
– Такая сладкая, - не могу от неё оторваться, хочется распробовать и оставить себе навсегда. – Не хило тебя повело, да, детка?
Она моргает, приходя в себя, и на острых скулах вспыхивает румянец. Прикасается к влажным губам, стирая ниточку слюны и смотрит на меня в ожидании.
Делает резкий вдох, и сама подаётся вперёд, увлекая в новый поцелуй.
Мина знойная и страстная, трётся об меня, путешествует шаловливыми пальчиками по всему телу. Зарывается в волосы и притягивает к себя. Её конкретно кроет и меня от этого открытого желания ведёт ещё больше.
Я дёргаю девушку на себя, подхватывая под крепкую задницу. Она так восхитительно обхватывает меня ногами, что член болезненно упирается в ткань брюк.
– Шлемы, - бормочет она между поцелуями, когда я несу в сторону лифта.
– Плевать, куплю другие.
На всё плевать, даже если ключи забыл в замке зажигания. Опускаю её на ноги и зажимаю в углу, скрываю от любопытных камер. Рывком расстёгиваю пуговицы на джинсах и пропускаю руку под ткань её трусиков.
– Мокрая, - удовлетворительно выдыхаю на ухо, растирая смазку по пальцам. Она вскидывается, и сама насаживается, не сдерживая стонов.
