В камере наручников я страдаю под жестоким надзором стражника, но мольба к свободе держит меня на позиции. Его взгляд проходит сквозь плоть, но он понимает: я не сдамся. Это написано в тяжёлой атмосфере заточения и жестокости, где даже мольба к свободе — это вызов.
«Ой! Здравствуй, Вилар!
Видимо маме надоело возиться со мной на земле и сегодня она отвела меня на крышу башни. Не успела я ничего сказать, как она толкнула меня вниз. Представляешь?! Так я за секунду обратилась и полетела. Правда с приземлением пока не очень. Мама даже посадила шишку, пытаясь мне помочь. Но больше никто не пострадал, не волнуйся. Главное, что начало положено. Пусть это оказалось и не столь просто. Фениксы учатся летать с детства, поэтому мне приходится многое нагонять.
Зато магия стараниями Ниннель даётся легко.
Поздравляю с подписанием документов. Уж коронацию-то мы не можем пропустить. Интересно, что ты собираешься делать, когда мы увидимся? Кто-то обещал мне свидание!
И отвечая на твой последний вопрос… Постоянно.
Ю.».
Пройдясь взглядом по строчкам письма, я аккуратно сложила бумагу и запечатала её в белоснежный конверт. Сразу поместила его в резную деревянную шкатулку. Вилар прислал мне её с гонцом на следующий день после того невероятного события. Конверт исчез из шкатулки, отправленный получателю. А я поднялась из-за стола и покинула комнату.
Расставание удивительным образом помогло нам с Виларом познакомиться, как бы странно это ни звучало.
Вилар пленил меня, удерживал возле себя силой. Но теперь, познав все грани связи истинных, я понимала, что он не мог отпустить. Понимала, что он терял контроль из-за давления второй сущности, которая, как оказалось, видела больше нас двоих вместе взятых. Но те времена остались в прошлом. Ненависть, если и была настоящей, ушла. Мой дракон защищал меня, не побоялся пойти против своего короля и отправился со мной к Храму, не позволяя себе сомнений во мне.
