Дамир ошеломленно взглянул на разъяренного коллегу за столом. Его яростный рык наполнял весь кабинет, и казалось, что любой миг может стать той точкой отсчёта, когда всё вокруг рухнет в прах. Подобравшись к окну, Дамир увидел город в ожидании бури — сгущающихся сумерек и напряжённых взглядов прохожих, словно предчувствуя непредсказуемость будущего....
– Почему? Наоборот, лечение должно быть продолжено!
На глубине карих глаз появился знакомый огонь. Один раз она поддалась на его блеск.
И ошиблась.
Обожглась. Не смертельно, конечно, но больно.
– Конечно. Сейчас, если вы подключите физиотерапевта и…
– Аня, не увиливай! Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю!
Продолжай, Аня, дышать…
– Дамир, если ты будешь на меня давить, я встаю и ухожу. Ты пригласил меня поужинать, а что делаешь? Давишь. Снова. И снова. При каждой встрече. С Булатом мы обо всем поговорили. Я ему объяснила, почему не смогу прийти сегодня.
– Потому что тебе нужна подпитка, – дыхание мужчины сбилось, стало более глубоким, хриплым, невольно отражаясь и на самой Ане.
Она не хотела вспоминать ту ночь, те прикосновения, обжигающий жар его губ, властные движения рук. И сладость, разливающуюся между бедер.
Не хотела.
Но не получалось."
"Аня интуитивно поджала ноги, надеясь, что ничем не выдала себя, хотя и сомневалась. У Дамира Шаитова было звериное чутье. Когда надо, он отлично понимал её.
В том-то и загвоздка… Горечь обожгла горло и грудь. Когда ему надо.
– Это тебя не касается, – Аня даже улыбнулась, стараясь говорить убедительно, и чтобы у мужчины не возникло даже мысли подвергать её слова сомнениям.
Наивная, она забыла, кто сидит напротив.
– Касается, девочка-Аня.
– Нет.
– Меня касается всё, что связано с тобой.
– Я не давала тебе таких полномочий.
– Считай, что я их сам взял.
– Ты невыносим.
– Аня, я стараюсь не выходить за рамки. Черт побери, ведьма, я две недели вьюсь вокруг тебя, не зная, как подступить и заговорить, – он протянул руку, намереваясь взять в плен ладонь Ани, но девушка оказалась проворнее и поспешно спрятала руки под столом.
– Дамир, я тебе уже всё сказала, я тебя не избегаю. Просто не хочу общаться. Не хочу видеть тебя. Не хочу… ничего. Сейчас я тут, чтобы в последний раз прояснить ситуацию. Ты… – она всё же сделала паузу, взяла бокал и глотнула воды, стараясь никак не реагировать на взгляд карих глаз, выжигающей на её коже клеймо.
Пока она говорила, на лице мужчины не дрогнул ни один мускул.
