Дамир ошеломленно взглянул на разъяренного коллегу за столом. Его яростный рык наполнял весь кабинет, и казалось, что любой миг может стать той точкой отсчёта, когда всё вокруг рухнет в прах. Подобравшись к окну, Дамир увидел город в ожидании бури — сгущающихся сумерек и напряжённых взглядов прохожих, словно предчувствуя непредсказуемость будущего....
Дамир давал ей выговориться.
– Тебя настолько оттолкнула моя ревность? – и вопрос он задал всё с тем же непроницаемым выражением.
Аня внезапно замялась. В её понимании ревность – проявление более сильных чувств. Когда один человек испытывает к другому минимум симпатию.
– А это была ревность? Мне показалось, ты в то утро задался целью разложить ситуацию по полочкам и показать мне, кто я есть на самом деле. Показал.
– Аня… – сквозь плотно сжатые губы выдохнул Шаитов, словно сдерживался из последних сил. – А теперь посмотри на ситуацию с моей стороны.
– Я не была голой. И он тоже.
– Кружевные стринги – не в счет!
– Сейчас на пляжах девушки загорают в более откровенном виде.
– Это оправдание твоего вида, да? – глаза мужчины полыхнули недобрым огнем.
– Я не оправдываюсь, Шаитов! Мне это не надо. Я лечила ТВОЕГО брата, и если ты ставишь личные пристрастия выше здоровья Булата, это уже твои проблемы. Я умываю руки. Вернее, уже умыла. Всё. Разговор про ту ночь закончен. Сделай, пожалуйста, заказ и давай поужинаем. Я кушать хочу.
Она снова потянулась к бокалу.
И в какой-то момент Аня, поглощенная собственными мыслями, не заметила молниеносного движения мужчины.
Он перехватил её руку и с силой сжал.
– Ты играешь со мной, ведьма, – прорычал мужчина, отчего его верхняя губа дернулась.
– Пусти.
– Нет.
– Дамир, мне больно.
– Врешь, Аня. Я контролирую свой захват.
– С чем я тебя и поздравляю. Но всё же, верни руку.
Он покачал головой.
– Нет.
Он опустил её ладонь на белоснежную скатерть, накрыв сверху своей. Аня разволновалась, от руки Дамира по кисти и выше побежали легкие, но колкие разряды, пробуждающие ощущения, которые Аня предпочла бы не испытывать в отношении этого мужчины.
Чертова подпитка…
Тело помнило, как он её ласкал.
Да и этот взгляд темных глаз! Даже при полном негативе Ани к Шаитову, она не могла не реагировать на них. Он умел смотреть выразительно. Как страстно, так и уничтожая.
– По поводу пляжа ты права. Но я вспылил. И да, черт побери, приревновал. Ты обнаженная в постели с другим мужчиной, пусть и Булатом, оказалось для меня подобно красной тряпке для быка.
Он выразительно посмотрел на Аню.
Та демонстративно промолчала.
