Берлин в летнем хаосе оживленных тротуаров Унтер-ден-Линден становится фоном для неожиданного нападения, когда Соня Вербрюгге пытается сохранить спокойствие и присутствие духа. Однако ее мир переворачивается за считанные секунды, заставляя задуматься о том, что страх перед темнотой может быть лишь началом опасностей, к которым мы не готовы....
– Я занят… впрочем, ладно, поговорю, – буркнул он, поднимая трубку. Лицо его постепенно мрачнело. – Понятно, – хмуро сказал он. – Уверены? Нет, не важно. Я сам займусь этим.
И, нажав кнопку переговорного устройства, велел передать пилоту, чтобы готовил «Челленджер».
– Мы летим в Цюрих. Всего два пассажира.
Он встретился с Маделайн Смит в «Ротонде», лучшем ресторане Цюриха. Она уже ждала его: красивая блондинка лет тридцати, с прелестным овальным личиком, короткой стрижкой и гладкой бело-розовой кожей. Из-под свободного платья выпирал округлый животик: женщина была на последних месяцах беременности.
Таннер подошел к столу. Маделайн встала и протянула руку.
– О, что вы, – смутился Таннер. – Пожалуйста, садитесь.
– Рада познакомиться, – ответила она с едва заметным акцентом. – Честно говоря, после звонка вашего помощника мне показалось, что это розыгрыш.
– Но почему?
– Как же, вы такая важная персона – и вдруг летите в Цюрих специально для встречи со мной. Я и представить не могла…
– Могу объяснить, почему я здесь, – улыбнулся Таннер.
– О, пожалуйста, мистер Кингсли!
– Мы в КИГ ценим таланты. Вы именно тот человек, который нужен в КИГ. Сколько уже лет вы работаете в «Токио интернэшнл груп»?
– Семь.
– Значит, семерка – ваше счастливое число, потому что я предлагаю вам работу в КИГ и вдвое большее жалованье, чем ваше нынешнее. Вас назначат начальником отдела, и…
– О, мистер Кингсли! – выдохнула сияющая Маделайн.
– Так вы заинтересованы в моем предложении?
– О да, еще бы! К сожалению, я не могу начать прямо сейчас.
Таннер озабоченно сдвинул брови:
– О чем вы?
– Видите ли, у меня будет ребенок, и я выхожу замуж…
– Не проблема, – заверил Таннер. – Мы все устроим.
– Но есть еще одно препятствие, – вздохнула Маделайн. – Я работаю над новым проектом, и мы как раз подходим… мы почти добились нужного результата.
– Маделайн, не знаю, в чем заключается ваш проект, и знать не хочу. Дело в том, что я не могу ждать.
– Я могу приехать, как только закончу работу. Шесть месяцев, самое большее год.
Таннер немного помолчал.
– Вы действительно не можете приехать сейчас?
– Нет. Я веду эту работу. Просто неэтично бросить все именно сейчас. Но может, в будущем году? – спросила она с надеждой.
