Берлин в летнем хаосе оживленных тротуаров Унтер-ден-Линден становится фоном для неожиданного нападения, когда Соня Вербрюгге пытается сохранить спокойствие и присутствие духа. Однако ее мир переворачивается за считанные секунды, заставляя задуматься о том, что страх перед темнотой может быть лишь началом опасностей, к которым мы не готовы....
Ей казалось, что им с матерью необходимо немедленно уехать из этого города. Туда, где они будут жить спокойно и в мире.
Она была уверена, что мать ее любит, но как-то вечером услышала, как отчим раздраженно допрашивает мать:
– Почему же ты не избавилась от девчонки, когда еще было можно?
– Я пыталась, Дэн, – оправдывалась та, – но ничего не вышло.
Келли задохнулась, как от пощечины. Значит, мать с самого начала не хотела ее?
Никому она не нужна…"
"Вскоре она открыла для себя еще один способ преодолеть нескончаемое уныние ее жизни: мир книг.
Семнадцатилетняя Келли удивительно напоминала красотой мать. Мальчики в школе не давали ей покоя, донимая приглашениями на свидания. Но Келли было противно смотреть на них. Поэтому она всегда отказывалась.
По субботам, когда не было занятий, Келли, закончив работу по дому, бежала в библиотеку и весь день проводила за книгами.
Библиотекарша, миссис Лайза Мэри Хьюстон, умная, образованная, всегда скромно одетая женщина, подметила, как нелегко живется Келли, и старалась ободрить и приласкать девочку. Миссис Хьюстон была весьма наблюдательна. В конце концов ей стало интересно, почему такая изящная, красивая девушка часами просиживает в читальном зале и ничем другим не интересуется.
Как-то она осторожно заметила:
– Мне очень приятно видеть, что такая молодая девушка любит книги. Вы так много времени проводите здесь.
Келли приняла это как предложение дружбы. По мере того как шли недели, девушка открывала библиотекарше свои страхи, надежды и мечты.
– Кем бы ты хотела стать, Келли? – допытывалась та.
– Учительницей.
– Думаю, из тебя выйдет прекрасный педагог. Это самая благодарная профессия в мире.
Келли хотела что-то сказать, но осеклась, вспомнив разговор за завтраком неделю назад.
Учительница? Берк засмеялся. Что за идиотская мысль? Хочешь всю жизнь считать медяки? Все учителя нищие! Поняла? Нищие! Даже за мытье полов больше платят. Да и все равно у нас с твоей старушкой нет денег, чтобы послать тебя в колледж.
Но мне предложили стипендию, и…
И что? Хочешь зря потратить четыре года жизни? Забудь.
