Берлин в летнем хаосе оживленных тротуаров Унтер-ден-Линден становится фоном для неожиданного нападения, когда Соня Вербрюгге пытается сохранить спокойствие и присутствие духа. Однако ее мир переворачивается за считанные секунды, заставляя задуматься о том, что страх перед темнотой может быть лишь началом опасностей, к которым мы не готовы....
С такой-то мордочкой? Лучше бы вышла на панель, покрутила задницей перед мужиками, глядишь, и заработала бы пару сотен.
Келли молча встала и вышла из-за стола.
И вот теперь она, не выдержав, пожаловалась миссис Хьюстон:
– Они не пускают меня в колледж. Что теперь делать? – И, всхлипнув, добавила: – Неужели придется до конца дней заниматься тем же, что и сейчас?
– Ну конечно, нет, – решительно сказала миссис Хьюстон. – Сколько тебе лет?
– Через три месяца будет восемнадцать.
– Значит, ты достаточно взрослая, чтобы самой принимать решения.
– Нет. То есть… не совсем.
Как признаться, что я чувствую себя уродиной? Мерзкой, противной уродиной?
– Я ненавижу свою жизнь, миссис Хьюстон. И не хочу быть, как моя… Мне нужно уехать из этого города. Я мечтаю о чем-то другом, но никогда не смогу получить это здесь. Тут мне не представится возможность сделать что-то значительное. Стать кем-то значительным.
Она тщетно пыталась скрыть слезы.
– Келли…
– Мне не следовало читать все эти книги, – с горечью бросила девушка.
– Почему?
– Потому что в них полно вранья. Все эти прекрасные люди, необыкновенные страны и волшебство… – Келли покачала головой. – Нет никакого волшебства.
Миссис Хьюстон немного помолчала. Что ж, очевидно, у бедной девочки крайне понижена самооценка.
– Келли, волшебство действительно существует, но волшебником должна быть ты сама. И тогда все будет как ты пожелаешь.
– Неужели? – цинично усмехнулась Келли. – Каким же образом?
– Прежде всего ты должна уяснить, о чем мечтаешь.
Лгунья.
Через неделю после окончания школы Келли вернулась в библиотеку.
– Помнишь, – спросила миссис Хьюстон, – что я сказала насчет волшебства? Каждый сам себе волшебник.
– Ну да, – скептически пробормотала Келли.
Миссис Хьюстон полезла в стол и вытащила стопку журналов: «Космогерл», «Севентин», «Гламур», «Мадемуазель», «Эссенс», «Аллюр»…
Она протянула их Келли.
– И что мне с этим делать? – удивилась та.
– Ты никогда не думала стать моделью?
– Нет.
– Просмотри эти журналы. А потом скажи: не возникло у тебя никаких идей, которые помогут волшебству стать частью твоей жизни?
Наверное, миссис Хьюстон искренне желает ей добра. Но что она понимает в ее жизни?!
– Спасибо, миссис Хьюстон.
