Власть и страстность роковой любви заполняют страницы этой книги. Софи чувствует себя узницей собственного желания в мощной тяге к своему парню, заставляющему дрожать каждую скрипку музыки жизни. В каждом вздохе и слове они приближаются к безумию.
— Понятия не имею, — отвечать за Давида не стал. Будет логично, если это объяснит ей он. — Но могу, так уж и быть, провести экскурсию.
— Это все ваше? — она осматривается по сторонам, возвращает жадный взгляд на тлеющую у меня в зубах сигарету.
— На, — решил сжалиться и отдал ей половину.
— Ты издеваешься? — возмущается Софи брезгливо рассматривая смятый фильтр.
— Да и пожалуйста, — забрал, глубоко затянулся, наклонился к ее лицу, едва не касаясь губами носа. Выдохнул дым. Девчонка в отместку саданула мне кулаком под дых.
— Мало тебе, — подошла, виляя бедрами. Выдернула у меня из рук остатки сигареты и все же закурила.
— Что там у вас происходит? — не выдержав, Дейв вылез из-под тачки.
— Она дерется, — тычу в девчонку пальцем делая несчастные глаза. Софи, увидев мою морду, звонко рассмеялась и мне понравился ее смех. Когда она не строит из себя непонятно что, очень милая, я бы даже сказал, нежная девочка.
"— Ай-ай-ай, София, как не хорошо обижать больших дядей. Они ведь и обидеться могут. Как будешь тогда до дома добираться? — подмигивает ей Давид.
— В таком виде? — она покрутилась вокруг своей оси демонстрируя длинные ножки и красивые бедра под задравшейся рубашкой. — Я любую тачку поймаю и доберусь, куда захочу! — заявляет самоуверенно.
— Расплачиваться будешь натурой? — с трудом отрываю взгляд от ложбинки между грудей.
— Вы опять? — Давид жалобно стонет, бросая на пол тряпку, которой вытирал руки.
— Да, — лжет эта зараза.
