Власть и страстность роковой любви заполняют страницы этой книги. Софи чувствует себя узницей собственного желания в мощной тяге к своему парню, заставляющему дрожать каждую скрипку музыки жизни. В каждом вздохе и слове они приближаются к безумию.
— Я думаю, поддержка ей будет не лишней, — вздыхает мамочка, открывая дверь в мою спальню. — С мужем я поговорю. Знаю про условия договора, но сейчас…
— Не надо. — перебивает Дейв. — Его никто не нарушал, — он опускается вместе со мной на постель.
— Я вижу по вашим глазам, Давид. Но я не осуждаю, — она машинально гладит меня по волосам.
— Договор? — поднимаю ресницы в попытке сфокусироваться на присутствующих, но у меня снова не выходит все сложить воедино. Я до сих пор слышу удар, скрежет металла о металл и захлебываюсь ужасом, который все же победил сознание.
— Тише, маленькая, — Давид окутывает меня своим голосом, запахом, руками. — Все будет хорошо, — я не могу ему ответить. Горло сдавило спазмом, дышать трудно, ногти царапают его ладони, но мужчина не отдергивает их, он продолжает что-то говорить.
Приехал дядя Саша и забрал меня из спасительных объятий. Он выставил моего теплого Давида за дверь и заменил одеялом вперемешку с парой уколов.
Осмотрев меня вытер лицо и руки влажным полотенцем.
Сознание медленно утекает, тело расслабляется под мамину колыбельную из далекого детства. Я растворяюсь в этой песне и позволяю препаратам отключить себя от этого мира.
Просыпаюсь в пустой комнате. Шторы задернуты, вокруг давящая тишина. Оперевшись на локти, с трудом, но все же сажусь, приподняв выше подушку. На тумбочке высокий стакан с водой, градусник, какие-то таблетки и мой телефон с треснувшим экраном.
Как на быстрой перемотке, в голове стали всплывать фразы одна за другой.
«Прости меня»
«Ей требуется дополнительная охрана»
«Мы больше не справляемся»
«Отец вернется и все тебе объяснит»
«Знаю про условия договора»
— Нет, — закрываю руками лицо. — Нет-нет-нет! Этого просто не может быть!
Все было обманом от начала и до вчерашнего дня.
Разговор в квартире парней…
Филипп знает!
Марк вдруг перестал меня контролировать. Он тоже знает.
Саша? Конечно, он ведь сын своего отца!"
"И даже мама. Моя любимая, добрая мамочка тоже ничего не рассказала.
Они предали меня. Все предали. Отец снова всех купил. Даже мужчин для меня, даже их чувства.
